В ожидании ответа они продолжали просматривать таблицы на дискете. Везде было одно и то же: адреса банков и номера счетов. Практически все банки находились в Западной Европе. Разбросаны они были по ней хаотично, безо всякой видимой системы.
Минут через сорок пришло сообщение из Щецина.
- Та-ак, что нам тут Генрих раскопал? - проговорил Хват, читая текст, в котором Крутин с трудом находил знакомые слова. - Так и есть, это номерные счета, вторая половина номера является паролем. Здесь может быть как денежный, так и вещевой вклад и даже просто информационное сообщение. Можно проверить, назвав пароль, но в таком случае мы засвечиваемся.
- Не надо, - быстро проговорил Профессор.
- Я тоже так считаю, - согласился Хват. - Не знаю, что там, но если что-то ценное, то у этого наверняка есть хозяин.
- Даже несколько, - сказал Профессор и взглянул на часы. - Время поджимает. Давайте досмотрим, что там дальше записано. Может быть, в конце будет еще что-нибудь, кроме банковских адресов.
- А мы уже почти у финиша, - отозвался Хват. - Сейчас ковырнем последний рисуночек и...
Следующая надпись продолжала предыдущую, оборванную на названии улицы, и начинала новый адрес: Dusseldorf, die landwirtscha... Слово "сельскохозяйственный" не было дописано до конца.
- А это точно все? - спросил Сергей у Хвата.
- Точнее не бывает, - ответил он. - Вот смотри. Мало того, что это последний рисунок с зеленым цветом, это вообще последняя диаграмма из списка. Дальше ничего. Мухобойка забита до отказа.
- Не понимаю, - сказал Крутин. - Фигня какая-то. Получается...
В этот момент Профессор внезапно развернулся к дивану.
- Шурик, - спросил он, явно пытаясь сдерживаться, - сколько таких дискет... "подставок" вы выменяли у Вовки?
- Две, - ответил тот, сжимая в руке пустую бутылку из-под пепси.
- Где вторая?
- Дома. Под ящичком лежит.
Крутин подумал, Профессор выдаст сейчас несколько залпов отборного мата, но вместо этого тот издал губами звук, похожий на заводящийся двигатель, и повернулся к Сергею.
- Мое упущение, - сокрушенно сказал он, - не додумался спросить сразу.
- Что же теперь делать? - Крутин взглянул на Профессора. - Нужно забрать ее оттуда, и как можно быстрее, пока к ней никто не добрался.
Войцех Казимирович отвернул обшлаг пиджака, бросил взгляд на часы и тихо выругался.
- Не успеваем. Осталось меньше часа... Разве что...
В этот раз они одновременно посмотрели на Шурика.
ШУРИК. ЗАПУТАЛСЯ
Он быстро шел по улице и повторял про себя указания Профессора. Два квартала прямо, потом повернуть налево, дойти до магазина с очками, повернуть направо, там будет остановка. Сесть на автобус "пятьдесят два", проехать две остановки и выйти. Еще один квартал влево, и Шурик окажется возле водонасосной станции, а там он уже знает, как добираться.
Шурик шел и повторял все это, чтобы не сбиться или не забыть, где и куда поворачивать. Он старался делать все быстро, чтобы не опоздать, чтобы Профессор с Сережей не ждали его и чтобы вовремя принести им такую важную вещь, как эта подставочка. Шурик даже не думал, что они такие ценные и что с их помощью можно освободить Клару и всех "вокзальных". Если бы Шурик знал раньше, он бы выменял у Вовки побольше таких штук. Они бы тогда с Профессором за них еще и деньги получили бы.
И тут Шурик заметил, что он все-таки сбился и прошел не два, а целых три квартала. Он попытался вспомнить, сколько дорог перешел, две или три, и получилось, что три. Поэтому Шурик вернулся назад, к последней дороге, и повернул налево. Шурик шел и шел по улице, но никакого магазина с очками ему не встретилось. Там вообще не было магазинов, только дома. Он на всякий случай прошел дальше, может, Профессор ошибся, но и дальше магазинов тоже не было.
Тогда Шурик повернулся и побежал назад, к той улице, по которой шел. Там он остановился, хотел идти обратно, чтобы заново посчитать кварталы, а потом вдруг понял, что получилось. Когда Шурик возвращался назад, то повернул, как и сказал Профессор, налево. Но он ведь шел в обратную сторону! Поэтому и повернул не налево, а направо.
Шурик даже повеселел оттого, что так быстро догадался, где ошибся. И опять побежал, теперь уже в нужную сторону. Здесь действительно были магазины, и на углу тоже стоял большой магазин. Только в нем продавали не очки. Шурик даже не стал заходить, чтобы проверить. На витринах этого магазина стояли два неживых человека - куклы-мужчины и женщины. Шурик забыл слово, как они называются. Кукла-мужчина и кукла-женщина были одеты, но очков на них не было. И фотографий с очками, о которых говорил Профессор, не было. Выходит, он опять ошибся.
Прямо невезение какое-то! Что же у него за голова такая? Когда надо, она почему-то не хочет правильно думать, хоть ты разбейся. Шурику стадо так обидно и стыдно за себя, что даже защипало в глазах и носу. Но он одернул себя. Не время раскисать! Так говорил их физрук в интернате: "Не время раскисать!"
