Из комнаты донеслись восторженные вопли и пара писклявых голосов, что им тоже нужна еще одна банка ворвани.
— Хорошо, дети. Отложим арифметику. Займемся анатомией. Перед вами схематический рисунок человека. В человеке много разного мягкого и бесполезного. Все его внутренности омываются четырьмя видами гуморов. То есть жидкостей. Кровь, лимфа, желтая и черная желчь. Чтобы человек перестал нам мешать, что надо сделать? Правильно, выпустить из него эти жидкости.
Я аккуратно заглянул в комнату. Уютный кабинет, увешанный шкурами зверей. В свете горящего камина и пары керосинок у стены стоял дворецкий из виллы Ракун. Он тыкал острым стальным пальцем в рисунок человека, сделанный мелом на отполированном участке стены. Перед ним полукругом сидели зубаны, которые завороженно слушали его рассказ. Свет от огня отражался в их сияющих глазах.
— Проще всего это будет сделать через шею. Она легко кусается, и все гуморы сразу начинают покидать тело врага. Но будьте внимательны, иногда шея защищена высоким воротником или большой бородой. Обязательно обращайте на это внимание. Вам всё ясно?
Зубаны послушно покивали.
— Теперь следующий вопрос. Глаза. Если подумать, то глаз у человека, да и у робота, — это удивительный в плане сложности и гениальности механизм. Но, с другой стороны, пальцем ткнул, и всё…
Тут дворецкий заметил меня. Он обвел взглядом собравшихся зубанов и улыбнулся им.
— На сегодня достаточно, дети. Вы свободны, можете идти. Завтра постарайтесь найти и принести какой-нибудь ремень или узкую полоску ткани, мы будем мастерить пращу. Бегите.
— А когда мы будем динамид подвзрывать? — спросил его один из новеньких зубанов, у которого за ушами были залихватски воткнуты два пера.
— Кетан, я же просил обращаться ко мне со слов «месье учитель».
— Мсе Мучитель, а когда динамид?
— Будет тебе динамит. Всё взорвем. Не волнуйся. Но потом.
Зубаны загалдели и рванули прочь из класса. Когда они пробегали мимо меня, они делали круглые глаза и ускорялись.
— Доброго дня, — поздоровался я с дворецким. — Я вижу, ты тут вполне обжился. Но я не понял, почему вас не оставили на вилле? Кстати, как можно к тебе обращаться?
— Здравствуйте, хозяин. Вы можете называть меня Мажордом. Впрочем, я отзываюсь на любое угодное вам имя. Только не забудьте меня о нём предупредить. А по поводу моего нахождения здесь, в договоре на куплю-продажу виллы не оговаривались работающие на ней автоматоны. Поэтому, исходя из гражданского законодательства, нас отправили сюда.
— А почему сюда?
— Не могу знать, месье. По прибытии я попытался максимально подготовить это печальное жилище к вашему появлению. Работа еще не закончена, так что прошу прощения за крайне спартанские условия. Там я подготовил спальню. Эта комната — кабинет. Сейчас я занимаюсь вашей личной столовой. В каком часу вы будете обедать? Мне надо сообщить эту информацию Повару.
— Не надо отдельной столовой, прошу. Спальни и кабинета будет достаточно. Я даже не уверен, что буду тут жить. Хотя, судя по любви ко мне во всем остальном мире… А с Поваром я уже говорил, не волнуйся. Я по другому вопросу. Мне сказали, тут какая-то заварушка в «нижних пещерах»?
— Ничего такого там не происходило, месье. В «нижних пещерах», как вы выразились, обитают ушастые. О! И там работает наш уникум. Жардинье. Садовник. Вы должны это видеть! Немедленно пойдемте! Вы будете в восторге! Было не так-то просто поймать всех этих существ! Они сопротивлялись и пытались убежать! Но разве от нашего милого Садовника убежишь. Наивные…
Мы прошли вглубь пещер, свернули около очередных общежитий зубанов. Прошли мимо галдящей комнаты с названием «ДРАЧЕЧНАЯ!» и спустя несколько минут подошли к каменной лестнице вниз.
Перед спуском стояли два шеста с надетыми на них темными черепами. Приглядевшись, я понял, что это головы автоматонов с выдранными окулярами. Однако. Над лестницей была криво приколоченная табличка с надписью: «ВХОД НЕТ! СМЕРДЬ! МУЧЕНИЯ! СКЛАД!»
Мы спускались всё ниже. Если бы дворецкий предусмотрительно не захватил фонарь, мы бы шли наощупь. Мое маленькое черное сердце больше не могло освещать дорогу. Вместо пламенного мотора у меня теперь была переливающаяся хищная тьма. Всё дальше и глубже. На зубаний Склад, чувствую.
— После вас, — пропустил меня вперед Мажордом, открывая массивную черную дверь.
Я осторожно прошел внутрь и замер, пораженный открывшейся картиной. Огромная пещера, по которой разливался таинственным синий свет. Приятный запах земли и грибов. Множество статуй людей и животных, застывших в странном танце. Солдат, вскинувший ружье, барс, готовящийся к прыжку, пещерный медведь с пылающими глазами и вставший на дыбы. Я подошел поближе и сразу понял, что я заблуждался. Это были не статуи. Десятки мумифицированных трупов, которые пронзали металлические подпорки и цепи. Мертвецы были покрыты грибами. Большими, маленькими, темными, светлыми и даже светящимися.
— Оранжерея, — приглашающим тоном сказал дворецкий. — Тут наш Жардинье выращивает грибы. Поражает, не правда ли?
— Это мертвецы? — задумчиво спросил я.
