Кэсс покосилась на него, потом на строй. Она впервые слышала на тризне такие слова. Но Полковника поняли правильно - он знал всех тех, кто его слушал, знал лучше, чем родители, СБ и психотехники, вместе взятые. И эти слова дошли до глубин сердец - очерствелых, жестоких, бесчувственных сердец офицеров Особого Корпуса.
– Вольно, господа офицеры… - еще тише выдохнул Полковник. - Объявляю церемонию закрытой.
Все молча опустили головы, отсчитывая по имплантам минуту - минуту молчания, минуту прощания, последнюю минуту церемонии. Полковник тоже простоял минуту, глядя себе под ноги. Потом наклонился, разрушая атмосферу, поднял с земли обломки и ножны, вновь завернул их в ткань и пошел в темноту - медленным, совсем не строевым шагом, даже слегка сутулясь.
Строй превратился в беспорядочную толпу. К Кэсс направилась вся ее эскадрилья.
Тризна окончилась. Или - только еще начиналась, как посмотреть.
Сегодня в баре им подадут самое крепкое спиртное и самые сильные наркотики, которые как по волшебству появятся у бармена. Сегодня к пилотам не подойдет ни один наряд патруля - разве только, чтобы выпить с ними. Сегодня им можно все - только поднимать в воздух машины не дадут. Все остальное - позволено. Завтра медики будут шипеть и проклинать все, пытаясь подобрать программы предполетной подготовки для пропитых насквозь и еще не вышедших из-под кайфа организмов летного состава. Завтра патруль составит список разрушений, и к вечеру Полковник будет вызывать их по двое-трое на головомойку, тыкая носами в списки. Это все будет завтра. А сегодня…
Кэсс заметила, что Эскер куда-то испарился с площади, выбрав самый подходящий момент. Хватило ума. Сегодня ночью ему лучше отправиться ночевать к патрульным. Неровен час, подвернется кому-то под руку.
– Ну что, Рин. Пойдем. Сегодня ты - с нами.
Рин кивнул, проводя рукой по щеке, стирая капли прекращающегося дождя. Вслед за этим движением по лицу протянулась багровая полоса крови. Рука была
Мобильник обнаружился в кармане куртки, висевшей в прихожей. Саша вернулся с ним в комнату и недоуменно уставился на циферблат, не нажимая кнопку начала разговора.
– Номер не определен.
– Хорошее совпадение… - поежилась Танька. - Ну, поговори уж. Кстати, что у тебя за оператор, что тут берет?
– МСС, черт бы его побрал за то, что везде берет. И меня, что я его не выкинул вообще. Это ведь запасной номер, кто про него может знать, я им еще ни разу не пользовался?
– Кто-кто… - вздохнула Танька.
Сигнал вызова не унимался.
– Да ответь ты уж, все равно засекли.
Саша наконец-то нажал кнопку, поднес трубку к уху. Особого изумления на его лице не отразилось. С полминуты он слушал говорящего, криво улыбаясь, потом коротко бросил "спасибо" и нажал на "отбой".
– Это наш славный друг? - на всякий случай спросила Танька.
– Он самый. Передает привет, рекомендует попробовать прокатиться до Швеции, говорит, что с удовольствием проследит за нашей туристической прогулкой. Пеший туризм, он, видите ли, уважает, падла!
– Это что же, у него тут жучок где-то? - озадачилась Танька.
– Господи! - возвел глаза к небу Саша. - Еще и на это деньги тратить, сканеры добывать?
– Да ну его нафиг. А за что ты ему "спасибо" сказал?
– А он сообщил кое-что полезное. Что Маршала интересует цифровая камера, которую ты утащила вместе с деньгами.
– Вот так вот… - Танька едва не захихикала. - Вся проблема в том, что я никакую камеру не утаскивала. Я ограничилась сумкой.
– А карманы этой сумки ты проверяла?
– Нет, - развела руками она. - Не догадалась.
– А сумку ты куда дела?
– Выбросила.
– Вариант первый: ты ненароком выбросила и камеру. Вариант второй: ты камеру не брала, ноги ей приделал кто-то другой, но
– Вариант третий, - добавила Танька в тон. - Скиннер врет.
– Не думаю. Это легко проверить. Обманув по мелочи, он нарвется на то, что мы перестанем верить ему и в крупном.
– Кстати, Саш. Если есть жучок, то должен быть и ретранслятор, так? Где-то поблизости. А то жучок же - штука маломощная…
– Откуда знаешь? - спросил Саша.
– В Интернете читала. Что обязательно в радиусе километра-трех должен быть ретранслятор. Жучок, допустим, на одежде. Ухитрился привесить. К тебе, наверное - я же все шмотки поменяла. А ретранслятор… в дом никто не заходил. Но мало ли…
– Если о чем-то написано в Интернете, можешь плюнуть и забыть. Значит, уже года три как придумали совсем другие модели. Мне вот что интересно - зачем он нам сдает Маршала? Маршал ему для лаборатории не нужен? Он же уже в курсе…
– Позвони и спроси. Или спроси погромче - позвонит, скажет…- пошутила Танька, но невольно напряглась, ожидая звонка. Звонка, разумеется, не было. - Кстати. А зачем тогда все эти игры в "позвоните-скажите"?
– Нет, он, наверное, должен был сказать - я на вас жучок подвесил, так что не дергайтесь, вытащим, - засмеялся Саша. - Вот бы ты восхитилась…
