— Значит так, Аэлиция, не знаю, какие нормы поведения в месте, откуда ты явилась, но у нас тут не рады странным людям. Если ты считаешь, что у нас с тобой нормальный разговор, то ты глубоко, глубоко ошибаешься. Правильный диалог строится на базисе, где каждый человек понимает позицию собеседника, чтобы общение шло в правильном русле, а не болталось из стороны в сторону.
Моя речь лишь веселит девушку. Она отходит в сторону и отламывает несколько сухих веток с поваленного дерева. Каждое её движение — отточенная грация, будто она находится на глазах у сотен людей. Манеры человека, привыкшего всё делать изящно и гордо.
Не знаю, как ей это удаётся, но она перемещается по земле в туфлях, предназначенных исключительно для торжественного бала. Отламывает ветки с дерева и при этом выглядит величественно, точно водружает корону на голову короля.
Складывает между нами небольшую горку и предлагает мне её подпалить.
— Прости, что я являюсь к тебе вот так, случайно и не надолго, у меня совсем мало свободного времени, — говорит.
— Можно быть с тобой честным? — спрашиваю.
Вопрос, который обычно задают, прежде чем произнести грубость.
— Конечно.
— Я тебя не знаю и совсем не жду твоего появления. Извини, но мне плевать, я бы обошёлся без этих встреч.
— Но я же принесла факел, — замечает с усмешкой.
— Спасибо, — говорю. — Он мне очень пригодится, чтобы преследовать человека, с которым я хочу разобраться.
— Не спеши уходить, Гарн, посиди со мной у костра. Ты всё равно не догонишь своего двойника.
Откуда она всё знает? Шпионит за мной?
Девушка опускается на голую землю, боком к огню. Её платье такое тесное, что даже на стуле будет сидеть некомфортно, а уж на траве и подавно. Однако её это нисколько не беспокоит. Похоже, она всю жизнь в неуютных одеяниях.
— Кто я такая? — спрашивает. — Я — та, кто тебе помогает. Вот и всё, что тебе нужно знать.
— Мне этого мало, — говорю.
— Но это всё, что я могу сказать.
— В таком случае я отказываюсь. Я не собираюсь принимать помощь от человека, чьих целей не понимаю.
Некоторое время мы сидим в молчании, по разные стороны от костра. Кем бы ни была эта Аэлиция ван дер что-то там, сейчас она выглядит умиротворённой и лишённой каких-либо злых замыслов. Смотрю на её лицо и пытаюсь понять, зачем она вообще ко мне является.
— Тебе нравится огонь? — спрашивает. — Настоящая первобытная сила. Нет ничего проще и при этом разрушительнее. Иногда я забываю, насколько он красив.
Тянет бледные руки к костру. Сразу видно человека, давно не бывавшего в дикой природе. Она восторгается вещами, которые давно вошли в обиход простого человека. Откуда же она пришла?
— Аэлиция, — говорю. — Где твой дом?
— Не могу тебе сказать, — отвечает.
— Кто твоя семья?
— Тоже не могу сказать.
— А что ты вообще можешь мне сказать?
— Тебе не нужно знать обо мне ничего, — отвечает девушка. — Только то, что я на твоей стороне.
— Я сам могу решить, что мне нужно знать, а что нет. В данный момент я говорю, что мне нужно разобраться в твоих намерениях, раз уж ты по какой-то причине крутишься вокруг. И если я в какой-то момент пойму, что ты хочешь мне навредить…
Понятия не имею, что ей от меня надо. Не может такого быть, чтобы случайный человек совершенно внезапно начал постоянно вторгаться в мою жизнь без какой-либо цели. Она чего-то хочет. И чем быстрее я пойму, чего именно, тем быстрее возьму ситуацию под контроль.
Знание — лучший из инструментов контроля.
Без него я чувствую себя беспомощным.
— Аэлиция, — говорю. — Ты испачкала своё платье.
— Ничего страшного, я не надеваю одно и то же дважды.
Вот и частичка информации: оказывается, у неё целый гардероб с одеждой. Свяжи это с величественными манерами и я уже вижу её в окружении многочисленных слуг и портных в каком-нибудь шикарном, сверкающем дворце.
Пусть приходит и несёт чепуху, которая ей так нравится. Я выужу у неё информацию об окружающем мире по крупицам и соберу их в одну огромную картину. Здешние люди ещё не встречали такого терпеливого рыбака.
— Так зачем ты пришла сегодня? — спрашиваю. — Раз уж ты такая занятая дама.
— Хотела сказать тебе, что не всё в этом мире нам подвластно. Иногда стоит принимать события происходящими сами по себе.
— В следующий раз, — говорю. — Принеси мне тетрадочку и ручку. Буду записывать твои изречения, а затем, в старости, напишу книгу по философии.
— Просто запомни мои слова. Они тебе помогут.
Качаю головой. По какой-то причине я ей верю. Она сказала, что я не смогу догнать двойника даже с факелом и я остался здесь. Есть в её голосе уверенность, которая передаётся вместе со словами.
— Мы с тобой подружимся, — говорит Аэлиция, полностью уверенная в своих словах.
— Это вряд ли, — отвечаю.
— Спорим?
Усмехается, а затем исчезает. Оставляет меня наедине с костром и мирно спящей Хумой. Спасибо за огонь.
Крохотная лапка трясёт меня за руку.
