– Работать с ним уже нельзя, – печально сказал Харрисон. – Он уже так дозрел, что мне в конце концов пришлось под завязку накачать его консервантами. Хорошо, что у него нет никаких родственников, а то они бы уже тут камня на камне не оставили.
– Я слыхал, что токсикологический анализ дал кое-какие результаты, – вставил Вулф.
– Кое-какие, – кивнул Харрисон, отхлебнув глоток кофе. – Честно говоря, я до сих пор не понимаю, что случилось с этим парнем, но мы наконец выявили причину химических аномалий в организме. У этого молодца уровень эндокрина такой, что обалдеть можно. То есть я хочу сказать, что у меня в двадцать пять лет он наверняка был значительно хуже. Никогда не встречал ничего подобного.
– Это-то его и доконало?
– Найн, майн герр! – блеснул Харрисон знанием немецкого. – Я пока не знаю, от чего он умер, но одно могу сказать точно: если бы его не убили, то все равно он бы загнулся не позднее чем через шесть недель.
– От чего?
– От рака, – сказал Харрисон. – Причем метастазов так много, что и не сосчитать. И еще могу сказать, что среди них нет ни одной естественной опухоли.
– Они что, вызваны искусственно? – спросил Вулф. – Но посредством чего?
– Инсулинообразный фермент "фактор-1", стимулирующий рост, – раздался голос Чики.
Мужчины повернулись к ней.
– Можно повторить? – осведомился Вулф.
– Полагаю, что леди говорит о гормоне роста, который образуется у людей естественным образом, – произнес Харрисон. – Он вырабатывается гипофизом. Я кое-что слышал об исследованиях, где его рекомбинированную форму использовали для замедления процесса старения у пожилых. По принципу снижения уровня содержания жира в их теле путем его замены мышечной массой, характерной для молодого организма.
– Однако, – вновь подала голос Чика, – думаю, что вы в первый раз ознакомились с последствиями омоложения, вызванного генетическими методами.
Тут уже Харрисон выпучил глаза:
– Вы что, хотите сказать, что ДНК у этого человека каким-то образом изменена? Ведь это же невозможно!
– Доктор, тринадцать дней назад Лоуренс Моравиа был нормальным мужчиной сорока восьми лет. Ну-ка, скажите мне, сколько ему сейчас?
Харрисон хмыкнул:
– На данный момент могу с уверенностью утверждать о нем только то, что он мертв и больше не соответствует нормам.
– А как насчет нарумяненных щек? – спросил Вулф. – Имеет ли это какое-то значение?
Чика утвердительно кивнула головой:
– Юкио Мишима как-то написал, что "мужчины, даже мертвые, цветом должны походить на цветущую вишню". Думаю, он имел в виду, что смерть, хотя и лишает мужчин жизни, не должна заодно отнимать у них цвет, мужественность. Наложение румян составляет часть погребального обряда.
– Выходит, смерть Моравиа не случайна?
– Вне всякого сомнения.
Когда они ушли от Харрисона, Вулф, стоя на лестнице, обратился к Чике:
– Ну хорошо. Вы просветили меня о том, каким способом убит Моравиа. А почему его убили?
Вулф задал этот вопрос для проверки. Он, разумеется, знал ответ, поскольку Шипли информировал его о том, что Моравиа занимался шпионажем и попался на этом. Но Вулфу хотелось услышать версию Чики о случившемся.
– Лоуренс стал объектом эксперимента, – сказала Чика. – Его подключили к биокомпьютеру под названием Оракул. Этот Оракул заявил, что способен перестроить цепочку ДНК в живом организме. Ожидалось, что Моравиа станет доказательством такой возможности.
Какое-то время Вулф смотрел на нее, размышляя, кому верить – Чике или Шипли. Может быть, никому из них?
– Что же произошло? – наконец спросил он.
– Не знаю. В методологии Оракула имеет место какой-то просчет. Процесс омоложения привел к образованию многоклеточных карцином. Моравиа убили, чтобы сохранить эту тайну.
– Почему тело не сожгли? – поинтересовался Вулф. – Это исключило бы возможность вскрытия.
– Необходимо знать принципы "Тошин Куро Косай", – ответила Чика. – Я уже говорила об этом. Смерть от огня позорна.
– Следовательно, Моравиа что-то значил для общества Черного клинка?
– Да. Он находился в близких отношениях кое с кем из руководства.
"Достаточно близких, чтобы шпионить", – подумал Вулф, а вслух сказал:
– Ну ладно, вот вы говорили, что Суму направили, чтобы убить меня, и у меня достаточно оснований верить этому. А вас-то зачем послали?
– Чтобы защитить вас. И еще, чтобы переправить в Японию. Вулф, вы нужны там для того, чтобы остановить непреодолимое наступление "Тошин Куро Косай". Видите ли, до сих пор кое-что их сдерживало. В течение нескольких десятилетий члены общества знали, что они вымирают. С этой особенностью – перестроенной ДНК – дети у них не рождались. И все это время у них существовала программа, направленная на изыскание возможности искусственно вызывать эту перемену у новорожденных.
– Чтобы увеличить число себе подобных?
– Вот именно. И теперь, как мы думаем, они получили такую возможность благодаря появлению Оракула.
