Она набрала воздуха и изо всех сил воскликнула:
— Нет, не могу! Я не знаю, как это делается! Перестаньте мучить меня — у меня сердце разрывается на части. Я просто трясусь от собственного бессилия, от неверия...
Последний слог Анигель словно проглотила. Она ужаснулась — ей не простят подобного богохульства. Боги помогли ей добраться до цели — принцесса была достаточно умна, чтобы понимать: без покровительства высших сил ей бы вряд ли удалось совершить подобный путь. А теперь она сомневается в их благорасположенности к ней, хотя не раз имела случай убедиться в этом. Но разве остановить наглых захватчиков, покушающихся на чужие жизни и добро,— это зло? Ее слезливая нерешительность хуже богохульства!
Антар в изумлении следил, как изменилось выражение лица любимой женщины — как сжались губы, посуровел взгляд, и, полагая, что это реакция на лицемерные упреки Голоса, не выдержал и шагнул к нему, намереваясь пришибить, как муху. Силы у него хватило бы... Но в этот самый момент лицо принцессы просветлело, она повернулась к Антару, тронула его за локоть:
— Принц, если я вступлю в бой, вы пойдете со мной?
— С вами?! Разумеется! Милая Анигель, я составлю вам компанию, даже если вы соберетесь проведать предков в аду. Вам не стоит даже спрашивать об этом.
Анигель кивнула и дрожащим голосом, повернувшись к носу лодки, сказала, обращаясь к воде:
— Друзья, остановитесь.
Караван замедлил ход, лодки подплыли поближе друг к другу. Ветер помогал им, а заодно подгонял иссиня-черную тучу, которая уже несколько раз разразилась ударами молний и громовыми раскатами. Теперь до рыцарей отчетливо доносились звуки битвы. Бой шел в полулиге, за излучиной, где с минуты на минуту должна была начаться чудовищная гроза. К небу тянулись частые дымные столбы — зрелище было печальное. Внизу огонь, пожирающий постройки, сверху — молнии...
— Лорд Ованон! — Анигель обратилась к маршалу принца Антара.— Обрежьте ремни, соединяющие ваши лодки с моей.
На лице рыцаря выразилось откровенное недоумение, тогда принцесса сама быстро перерезала кожаный жгут, после чего отдала еще одно распоряжение:
— Лорд Ованон, у меня нет времени. Перенесите в свою лодку сэра Пенапата, возьмите также помощника мага и гребите за нами. Командование поручаю вам. Мы с принцем Ангаром поспешим на помощь вайвило.
Теперь все задвигались быстрее, и, пока она прилаживала упряжь, люди в точности исполнили ее приказания.
Когда все было готово, две усатые морды высунулись из воды и сказали:
Анигель сняла с пояса бутылочку, сделала большой глоток, потом смочила пальцы и дала облизать их риморикам. Принц в изумлении смотрел на этот ритуал.
Лорда Пенапата со всеми предосторожностями перетащили в плоскодонку, однако Синий Голос по-прежнему оставался в лодке вайвило — сидел, намертво вцепившись в борта.
— Я хочу быть с вами, принцесса,— тоненьким жалобным голосом сказал он.— Я могу быть полезен.
Принц Антар шагнул было к нему, намереваясь вышвырнуть из лодки.
— Ты слышал, что тебе сказали? — угрожающе произнес он.
Но было поздно — принцесса уже потянула вожжи, и риморики сразу прибавили ход. Уже издали Анигель крикнула Ованону:
— Лорд, вам следует грести к противоположному берегу. Ни в коем случае нельзя оставаться на реке, когда разразится буря. Если мы до завтра не вернемся, позаботьтесь о себе сами. Прощайте!
Лодка стрелой полетела вперед — оставшиеся рыцари молча смотрели, как ее изогнутый нос срезал начинавшие подниматься волны.
От сильного рывка Антар свалился на дно суденышка. Несколько минут, ошеломленный, он сидел, схватившись за борта. Сердце холодело от ужаса — лодку швыряло, как детский мячик. Если они перевернутся, ему, облаченному в броню, уже не выплыть. Он невольно вспомнил лордов Карона и Бидрика. Жуткая, нелепая смерть! Но время шло, а лодка по-прежнему прыгала с волны на волну, стригла барашки, побежавшие по вздыбившейся реке. Несмотря на то что она неслась с невообразимой, по мнению Антара, скоростью, принцесса Анигель сноровисто управляла животными — правила так, чтобы нос лодки постоянно был перпендикулярен набегавшим волнам.
Принц перевел дух, огляделся...
Синий Голос все так же горбится на корме. Съежился, даже капюшон накинул, словно желает показать, что это и не он, а так, кладь, мешок какой-то. Пусть пока хоронится. Выбросить его за борт — раз плюнуть... Ругнувшись, Антар поерзал на банке, устроился поудобнее, попытался телом уравновесить лодку. Потом долгим, полным ожидания взглядом окинул принцессу Анигель.
