А потом мы лежали в обнимку, не желая расставаться друг с другом. Я понимал, что согрешил перед женой. И чувствовал свою вину перед ней. Но ведь время вспять не повернешь. Что было, то было, что будет, то будет.
– Завтра мы расстанемся, – прижимаясь ко мне, сказала Женя.
– Увы, но мне уже завтра нужно быть в Ашхабаде.
Да, мы расстанемся. И, скорее всего, навсегда.
– Я знаю, ты меня любишь, – в преддверии счастья улыбнулась она.
– Но у меня есть жена, сын.
– Это уже не важно.
– Но я не могу их бросить.
– А я этого от тебя и не требую. Пусть все остается, как есть. Главное, что ты меня любишь.
– Но мы не будем вместе.
– И не надо. Пусть эта ночь станет нашей маленькой... Нет – большой-пребольшой тайной. Мы никому о ней не расскажем, правда?
Признаться, я был немного удивлен. К чему этот разговор? Ведь и так ясно, что я никогда не признаюсь Майе в том, что изменил ей. А Женя вправе сама решать, рассказывать ей об этом или нет. Она решила, что сохранит эту ночь в тайне. Но зачем мне об этом говорить? Впрочем, она женщина. А им свойственно сбалтывать все, что придет на ум. И хорошо, что ей на ум пришла такая замечательная мысль. Мне бы очень не хотелось, чтобы Майя узнала о моем хождении на сторону. Но в любом случае Женя не похожа была на женщину, которая могла бы пустить в народ злую сплетню. Она замечательно добрая и хорошая девушка. И жаль, что мы не вместе.
– Мы никому ничего не скажем, – кивнул я. – Но никогда не забудем эту ночь.
Хотел бы я стереть из своей памяти этот приятный, но неудобный для меня фрагмент из жизни. Но знал, что из этого ничего не выйдет. Разве что со временем все забудется. Или со смертью.
– Не забудем, – эхом отозвалась Женя. И спохватившись: – Лишь бы с тобой ничего не случилось.
Оказывается, мы думали в унисон. Это меня растрогало. Но одновременно наполнило душу холодной липкой жутью. Я не хотел умирать. Я ехал на войну, чтобы жить дальше. Но если вдруг?
– Все будет нормально. Я вернусь.
– Не хочу спрашивать, к кому, – горестно вздохнула Женя.
– Уверен, ты будешь счастлива в этой жизни, – сказал я, чтобы хоть как-то утешить ее.
– Без тебя не буду. Хотя все может быть.
– У тебя кто-то есть?
– Нет, – уверенно мотнула она головой.
– А парень, которого ты из армии ждала?
– Это ты про Ивана? Да нет, я не захотела с ним. Он, конечно, герой, но не моего романа.
– Ничего, ты еще встретишь своего героя.
– Может, и встречу. Но ты меня не сватай, не надо. Не хочу, чтобы ты желал мне счастья с другим. Мне, наверное, уже пора.
Она сделала робкую попытку подняться, но я ее так же робко удержал.
– Еще целая ночь впереди, – сказал я.
– На всю жизнь ее не растянешь, – покачала она головой.
– Хоть что-то.
– Да, лучше что-то, чем ничего. Как же я тебя люблю!
Женя снова набросилась на меня, но я сразу же перехватил инициативу – потому что сам того хотел.
Проснулись мы рано утром. Поезд подходил к Москве, и проводник постучала в запертую дверь нашего купе.
– Мне уже пора, – застегивая блузку, сказала Женя.
На этот раз я не стал ее удерживать. И более того – сам открыл ей дверь. И поцеловал в щеку на прощание. А мимо нас в это время проходила седовласая женщина в домашнем халате. Полотенце через плечо, в руке пакетик с туалетными принадлежностями. Я бы не обратил на нее внимания, если бы она сама не глянула в нашу с Женей сторону. Она глянула, а я ее узнал. Эта женщина жила в одном доме с родителями Майи. Я бы не сказал, что и она узнала меня. Просто шла мимо, просто глянула на выходящую из купе Женю, чтобы не столкнуться с ней лбом в тесном пространстве коридора. По мне лишь скользнула взглядом. Но я все же испугался, отпрянул назад. И Женя почувствовала мое внутреннее напряжение, подалась назад. На всякий случай я закрыл за ней дверь.
– Что с тобой? – встревоженно спросила она.
– Да так, знакомую одну увидел.
– И что?
– Она Майю знает.
– А тебя?
– Ну, может, видела.
– А может, и не видела. Не бойся, не узнает жена. А может, боишься?
– Ну, как бы тебе сказать.
– Понятно. У тебя сестра есть, сколько ей лет?
– Пятнадцать.
– Мой тебе совет: позвони жене, скажи, что вместе с ней ехал.
– Майя меня провожала. Я один в поезд садился.
– Но мы же Электроцинк проезжали. Твоя сестра могла там сесть.
– Соображаешь, – задумчиво изрек я.
– Да вот, в голову пришло, – смущенно улыбнулась Женя. – Ради тебя стараюсь. Может быть, когда-нибудь тоже выкручиваться буду.
– Ты не похожа на женщину, которая могла бы изменить своему мужу.
– С тобой кому угодно изменила бы. А без тебя и муж не нужен. Ладно, не буду тебя утомлять. Поцелуемся на прощание.
Затяжной поцелуй закончился очередным падением в греховную пропасть. Мы любили друг друга, как в последний раз. В общем, так оно и было. Из вагона мы вышли последними.
– Хочешь, до аэропорта тебя провожу? – с надеждой спросила Женя.
– Так ты и улетишь со мной, – улыбнулся я.
– И улетела бы, если бы позвал.
– На войну тебя не позову.
– А вообще?
– Давай прощаться.
Не хотел я обнадеживать Женю. И себя тоже. Мы расставались с ней навсегда.
1
