Настя облегченно вздохнула. Но это спал всего лишь один камень с души. Веселого было мало. Судя по всему, Гоша был не последним человеком в столице. Крупный бизнес, криминальное прошлое и, скорее всего, настоящее. Он еще тогда, семнадцать лет назад, сумел обвести вокруг пальца и подставить Всеволода Сокольского — оставил его без фамильных драгоценностей и золотых червонцев. А совсем недавно каким-то образом, с помощью Макса, заманил в ловушку Майю Дмитриевну, убил ее. Если так, то ему ничего не стоит убить и саму Настю. И найти он ее сможет, если она будет глупо себя вести. Нельзя возвращаться в дом на проспекте Вернадского: Гоша может знать, где живет Юрий. Но тогда куда податься? Прямым ходом отправиться домой к Сокольскому, чтобы обо всем ему рассказать? Но ведь Гоша может пустить за ней погоню.
Впрочем, Настя не отчаивалась. По большому счету, она уже ушла от погони. В зубах у нее ценная информация, которая откроет глаза Всеволоду Владимировичу на его Женю. Да что там глаза — она может спасти его от тюрьмы. Он тоже человек с большими возможностями, и ему вполне по силам переиграть злодеев. Он справится с ними. Пусть сам с ними и справляется. А Насте в это болото лучше не лезть, засосет по самую макушку, даже бантика не останется. Ей нужно спрятаться, и, кажется, она знает место, где можно отсидеться. Можно было найти и другое место, но ее тянуло именно туда. Тянуло так же, как Женю — к своему Гоше. Она ненавидела его, готова была его застрелить, но не смогла устоять перед соблазном переспать с ним напоследок. И Настю одолевал тот же соблазн.
Вадим жил в районе Преображенской площади. Двухкомнатная квартира в элитном доме. На полпути к дому Настя выбрала из телефонной памяти номер Юрия, позвонила ему. По номеру он понял, кто ему звонит. Вяло спросил:
— Как дела?
Хоть бы поздоровался для приличия.
— С какой новости начинать? — спросила Настя.
— С плохой.
— Меня преследуют.
— Кто?
— Евгения Эдуардовна, а если точнее — то ее компаньон.
— Какой компаньон?
— Тот, который принес мне хорошую новость. Я совершила преступление, незаконно проникла в чужое жилище. И подслушала разговор. Гоша его зовут, отчество и фамилия покрыты тайной. Но Евгения Эдуардовна в курсе, и если с ней по душам поговорить, то можно кое-что узнать.
— Что именно?
— Это она обокрала твоего отца тогда, в восемьдесят девятом. Продала золотые червонцы, открыла свой бизнес.
— Быть этого не может. Она же сама пострадала.
— Гоша всем рулил. Они давно вместе. Он и отца твоего подставил — в тюрьму, на четыре года. Он же и мать твою убил. Макс на него работал. Не знаю, как ваш Хомутов его прошляпил. А может, его завербовали уже после того, как он стал у вас работать. Не знаю, сбил он твою мать с истинного пути или нет, но твоего отца точно сбил с толку. И его сбил, и других. Все поверили, что у них любовь была. А он похитил твою мать. Или обманом взял. Не знаю, как это выглядело технически, это вы у Гоши спросите. Если достанете. В общем, он убил твою мать. Женя сказала, что он все предусмотрел. Даже трупы перезахоронил. Чтобы их легче найти было. Улавливаешь смысл?
— Ты говори, не тяни, — потрясенно выдавил из себя Юрий.
— Он нарочно сделал так, чтобы твой отец увидел твою мать и Макса в одной постели. Я думаю, он добился своего. Но Всеволод Владимирович видел уже мертвые тела. Гоша отравил их газом. Не знаю, что он инициировал — то ли несчастный случай, то ли самоубийство, но в любом случае твоему отцу достались трупы. И он их похоронил. Думаю, глубоко похоронил, чтобы их никто и никогда не нашел. А Гоша их перезахоронил. Потому их и нашли. Теперь твой отец официально считается вдовцом, место его жены вакантно. Угадай, кто желает занять эту вакансию?
— Угадал. У нее ничего не выйдет. Но как ты все узнала?
— Как ни банально это звучит, но на ловца и зверь бежит. Сейчас я тебе фотографии высылать буду. Фотографии драгоценностей, которые нашла у Евгении дома. Пусть твой отец посмотрит, пусть сделает выводы. А потом позвонишь мне. На мой мобильный. К себе домой не звони, меня там не будет. Я в бегах.
Настя нашла платную автостоянку недалеко от нужного ей дома, там и оставила машину. Платить вперед не стала. Вдруг Вадим не примет ее.
Но Вадим ее принял. Даже обрадовался ее появлению. Более того — ошарашил чуть ли не с порога:
— Настя! Ты не поверишь, но я собирался ехать за тобой!
— Как видишь, я сама приехала, — сказала она, за усталостью пытаясь скрыть наползающую радость.
— Ты как чувствовала.
— Ничего не чувствовала. Я здесь по делам. Может, приютишь по старой памяти?
— Даже не вопрос. А я правда ехать за тобой собирался. Позвонить хотел.
— Чего же не позвонил?
— Да виноват перед тобой.
— А где твоя раскрасавица?
— Все в прошлом.
— Теперь я могу к тебе вернуться? — совсем не весело улыбнулась Настя.
— Да!
— А нужен ты мне?
— Но я же должен был поступить как мужчина. Да и нужен я тебе, раз пришла.
— А если за мной бандиты гонятся?
— Бандиты?! Ты шутишь? — натянуто улыбнулся Вадим.
— Ну, может, не совсем бандиты. Но что головорезы, вне всякого.
