Больше Валкар не мог ждать. С Джандаром или без него — он должен действовать быстро, прежде чем обряд будет совершен и Дарлуна станет женой человека, к которому испытывает отвращение.
Валкар коснулся скрытой пружины, и панель скользнула в сторону.
Валкар прыгнул на помост, на котором стоял идол. Он выхватил шпагу, заметив выражение изумления на лицах Васпиана и Дарлуны при его неожиданном появлении. Ул по-прежнему стоял к нему спиной и молчал.
Дневной свет сверкнул на лезвии: Валкар поднял меч, собираясь ударить Ула сзади, прежде чем он произнесет роковые слова, скрепляющие брак.
Ул повернулся и посмотрел Валкару прямо в глаза.
И
Холодок пробежал у меня по спине, когда я увидел у двери, ведущей в Ямы, толстого маленького колдуна-жреца.
— Что ты здесь делаешь? — выпалил я. Неуместный вопрос; Ул засмеялся тонким зловещим смехом, в котором не было веселья.
— Я здесь, чтобы наконец поговорить с тобой, — промурлыкал он, улыбчиво сморщив глаза. — Я тебе сказал, что мы поговорим позже, — это время пришло.
Он помолчал, глядя на труп, лежавший в засохшей крови на разбросанной соломе. Потом посмотрел на саблю, которую я держал в руке, и снова лишенная веселья улыбка искривила его толстые губы.
— Я вижу, ты человек действия, Джандар! Увы, ведь ты не поднимешь холодную сталь на старого толстого человека, который даже не может защитить себя? — Мурлыкающий голос звучал вопросительно. Я взвесил тяжелую саблю, чувствуя себя дураком. Коджа и Лукор, не понимая, следили за нашим разговором.
По какой-то причине толстый маленький жрец дал мне передышку. Мне следовало просто миновать его, но я почему-то не мог. Мне казалось, что нужно оставаться на месте.
Ул Ужасный не такой человек, на которого можно не обращать внимания!
Он, переваливаясь, вошел в квадратную каменную комнату, сунув руки в просторные рукава. На нем была обычная длинная тусклая ряса. Сандалии его стучали по каменным плитам.
Пристальным взглядом он оглядел высокого серьезного артропода и седобородого учителя фехтования.
— Вождь ятунов и мастер-фехтовальщик из Города-в-Облаках, — задумчиво сказал Ул. — Как, во имя тридцати дьяволов, может простой наемник из Сорабы быть знаком с ними… настолько, что начинает мятеж, совершает убийство, чтобы освободить их? Это действительно загадка, тайна… что-то слишком много в тебе загадочного, о Джандар.
Лукор откашлялся.
— Мне кажется, ты что-то говорил о колоколе, парень? Чего же мы стоим и болтаем? Девчонка вот-вот выйдет замуж за этого придурка принца, — сказал он.
Я открыл рот, собираясь говорить, но Ул быстро сказал:
— Об этом не беспокойся, о Лукор из Ганатола: принцесса Дарлуна не выйдет замуж, пока я не приду в зал Хума за тронным залом. Потому что именно я, старый толстый Ул, должен совершить бракосочетание.
— Откуда ты меня знаешь, жрец? — выпалил Лукор. Ул лениво улыбнулся и обвел нас всех взглядом.
— Я знаю тебя не хуже, чем ты сам, о учитель фехтования… и
Я испытал шок, шок полнейшего недоумения: я понял, что этот безмятежный маленький Будда цвета сливочного масла знает мою самую тщательно охраняемую тайну, знает, что я не рожден на этой планете — Танаторе, что я пришелец с далекой планеты!
Как будто читая мои мысли, он опять улыбнулся, наслаждаясь моим замешательством.
— Я знаю многое такое, о Джандар, что скрыто от других людей. Ты и все живущие в стенах Шондакора считают меня всего лишь жрецом Хума, моего бога, колдуном, наделенным странными способностями и знаниями. Ты много раз видел меня, и каждый раз тебе приходило в голову, что у меня желтая кожа и раскосые черные глаза, что я не похож на других людей, которых ты встречал на Танаторе, но ты никогда по-настоящему не задумывался об этой загадке.
Ул говорил правду. Мне неожиданно пришло в голову, что я хорошо знаю расы Танатора: ку тад из Шондакора, с их янтарной кожей, изумрудными глазами и пламенеющими гривами; бумажно-белых небесных пиратов из Занадара, с их гладкими черными волосами; лысых, с ярко-алой кожей, людей Яркой Империи Перуштар; воинов Чак Юл, с их неопрятной смуглой кожей и бесцветными волосами, а также полукровок, таких, как ганатольцы.
Но я
