Я Максим Темников. Мне четырнадцать лет и во мне живет дух некроманта.Я учусь в магической школе и регулярно попадаю в кабинет директора за всякую ерунду.А еще я обладаю Темным даром и могу… Стоп! Об этом потом. По-моему, я опять нашел какое-то приключение…
Если не считать того, что руки ведьмы с моей брони так и не сняли, можно считать, что история с Кольцом Кровавой Звезды закончилась хорошо. Обошлись малой кровью.
Глядя на выражение лица Ильи, с которым он смотрел на меня, стало понятно, что показываться на людях в своей магической броне, на которой добавились новые аксессуары, было не слишком разумным. Отрубленные черные кисти рук вызывают слишком большой интерес.
Если уж даже бывалый наемник пялится на них так, как будто у меня на куртке черти котел разжигают, то могу себе представить лица обычных людей. Поэтому для начала я ее снял, чтобы не смущать Илью пока он будет вести машину. Ну а потом уже попросил Киприана Фельда аккуратно их срезать. Именно к нему мы отправились первым делом.
Несмотря на то, что рана Лакримозы не кровоточила, выглядела она все равно слишком устрашающе, чтобы оставить ее без внимания. Хотя ведьма пыталась постоянно шутить и делать вид, что все под ее контролем, на самом деле я видел, что ей хреново. Причем с каждой минутой становилось все хуже и хуже.
Лакри все чаще улыбалась не к месту и все реже разговаривала. Да и сама рана, вокруг которой начало шириться черное пятно, начинала внушать серьезные опасения.
К тому моменту, когда мы оказались в гостях у Фельда, глаза у ведьмы были покрыты темно-серой пеленой, и это было немного жутко. Я впервые видел ее в таком состоянии. Даже Дориан, и тот разволновался. Как оказалось, моему другу тоже не приходилось наблюдать Лакримозу такой.
Целитель возился с ней до глубокой ночи. Дважды выходил из кабинета, чтобы принести какие-то на редкость вонючие бальзамы и ничего нам с Полиной не говорил. Лишь только бросал на нас мрачные взгляды, по которым было совершенно не понятно, как у него продвигаются дела и чем закончится вся эта история.
Упертая как бык Лазарева все это время сидела в коридоре вместе со мной. Хотя я не раз отправлял ее домой — какой толк от ее присутствия? Пусть лучше отдохнет немного, а утром я ей все рассказал бы. Но нет же…
Когда дверь кабинета открылась в третий раз, из нее наконец вышла Лакри, а уж потом довольный собой Фельд. Лицо ведьмы было мертвенно бледным, как будто Киприан выкачал из нее всю кровь, до последней капли.
— Ну наконец-то! — облегченно вздохнул я, встал со своего места и обнял Лакримозу. Ее тело было ледяным, такое ощущение, будто я обнимался с мертвецом.
— Неужели ты за меня переживал, сладенький мой? — спросила она и я отметил, что даже несмотря на ее состояние, ее фирменный бархатный голосок никуда не делся.
— И не только я один, между прочим, — ответил я. — Ты как, до машины дойдешь, или немного отдохнешь?
— Хватит, наотдыхалась уже, — сказала она и посмотрела на свою рану, на месте которой теперь был тонкий алый рубец. — Вот сучка…
— Я бы на вашем месте в будущем постарался избегать тех, кто может оставлять такие отметины, — посоветовал ей Фельд. — Давненько я не сталкивался с чем-то подобным. Очень мощное заклинание. Далеко не каждой ведьме такое под силу. Я прав? Это ведь ведьма вам сделала такой подарочек?
— Спасибо тебе за работу, мастер-целитель, — вместо ответа поблагодарила его Лакримоза. — Твой совет ни к чему, с той, кто это сделал, уже расплатились сполна. Кстати, ты хорошо соображаешь в своем деле. Поверь, я знаю, о чем говорю.
— Тогда и вам спасибо за комплимент… — смутился он, получив от ведьмы взгляд, которым она запросто укладывала мужчин наповал. Всех без разбора. Даже таких как Фельд.
Полина взяла ведьму под руку, и они пошли к выходу. Со стороны взглянуть, ну прямо лучшие подружки. Так и не скажешь, что совсем недавно упражнялись друг с другом кто в кого поострее шпильку воткнет.
— Ну, Максим Темников, что делать с руками, которые я срезал с твоей куртки? — спросил целитель, когда мы остались с ним вдвоем.
— Можете оставить себе. Мне-то они точно ни к чему. Кстати, эти руки принадлежали той самой ведьме, которую Лакримоза назвала сучкой, — решил предупредить я его. — Это я вам на всякий случай говорю. Вдруг вы решите с ними какие-то опыты проводить и все такое.
— Нет, не решу… — немного задумчиво сказал Фельд и посмотрел в сторону выхода. — Лакримоза… Какое необычное имя… Что это за девушка, Максим? Я вроде бы в Белозерске давно, но ее что-то ни разу не видел…
Так… Понятно… Еще один воздыхатель… Интересно, хоть кто-нибудь может сопротивляться ее чарам? Она даже будучи при смерти умудрилась их на Киприана наложить.
— Ведьма, Макс, что с нее взять? — заметил на этот счет Дориан.
Весь следующий день я отдыхал. Дед с Софьей меня вообще не трогали и когда я проснулся ближе к вечеру, их и дома-то не было. Едва я привел себя в порядок, первым делом стал выяснять как дела у Лакри и Полины. Мне почему-то было тревожно за них.
