За всеми этими разговорами время пролетело незаметно и пришла пора отправляться на ужин, а затем меня ждал «Артефакториум». Я сказал ребятам, что догоню их, а сам пошел к себе в комнату, так как еще собирался сегодня позвонить Софье.
Кто знает, до скольки затянутся мои занятия с Островской, а у меня была срочная просьба к Вороновой. Я хотел попросить ее, чтобы она купила для меня в Белозерске драгоценный камень для начала занятий с магией камневиков. Я решил начать с небольшого сапфира. По моему представлению он лучше всего подходил для первых опытов.
Однако телефон Софьи не отвечал… Я набрал ее несколько раз, подождал, сколько это было возможно, но нет… Терпеть не могу такие моменты! Всякое может случиться, это понятно, просто обычно она всего отвечает на звонки. Даже если ради того, чтобы просто сказать, что не может сейчас говорить и перезвонит позже.
На всякий случай я набрал деда, который сказал мне, что у нее снова разболелась голова и она уехала домой. Наверное, спит и поэтому не отвечает на звонки. Зараза… Опять эти долбаные приступы, которые меня порядком раздражали… Ничего с ними нельзя было поделать…
Еще больше меня злили слова Киприана Фельда, который сказал, что с ней происходит нечто странное. Но об этом я не хотел думать, и каждый раз, когда воспоминания о том дне приходили ко мне в голову, я гнал их прочь. Обычно мне это с легкостью удавалось, потому что приступы у Софьи больше не повторялись. До сегодняшнего дня…
Я очень надеялся, что каким-то образом ситуацию сможет изменить Эликсир Жизни. По моим расчетам, он должен был избавить Воронову от этой напасти. Не знаю как, но должен!
— Макс… — услышал я тихий голос Дориана.
— Только не говори мне сейчас, что я делаю на него слишком большую ставку! — предупредил я его.
— Я и не собирался… Просто хотел сказать, что не стоит повторять вчерашних ошибок, пока ты не на месте… — сказал он.
В этот момент я обратил внимание на свою ладонь и с удивлением обнаружил, что сжимаю в ней волшебную дудочку. Понятия не имею, когда я успел вытащить ее из ящика стола. С мыслью о том, что нужно как можно скорее отправляться в Серый Мир, я положил ее обратно и набрал Лазареву.
Судя по голосу Полины, я ее разбудил. В ее случае я даже удивляться не стал. Она запросто может несколько суток подряд работать, если срочный заказ, а потом отсыпаться целый день.
Все-таки она уникальная девушка. Если когда и задавала лишние вопросы, так только из вредности характера, когда настроение соответствующее было. Обычно все коротко и по делу. Вот как сейчас, например.
Даже не спросила зачем мне сапфир и почему я именно к ней с такой просьбой обратился. Молча выслушала, промычала что-то неразборчивое насчет того, что завтра все будет, и отключилась.
За камень можно было не беспокоиться. В том, что завтра он окажется у меня, я не сомневался. Меня больше волновала Софья. Тут я ничего поделать не мог и оставалось надеяться, что она поправится так же быстро, как и в прошлый раз, а, может быть, даже быстрее.
На ужин я пришел немного расстроенный новостями из Белозерска. Я легко переживаю всякие проблемы в школе и все-такое, но есть вещи, от которых просто так не отмахнешься… Терпеть не могу, когда кому-то из моих близких плохо. Особенно, когда у них что-то болит, и я никак не могу им помочь. По крайней мере мгновенно. Это ужасно бесит.
Покончив с едой раньше обычного, я вышел из главного корпуса и потопал в сторону артефактной мастерской Островской, где заседал «Артефакториум». Прохладный вечерний воздух немного освежал голову, поэтому я выбрал маршрут подлиннее, чтобы проветриться как следует.
Я пришел как раз в тот момент, когда проходили очередные испытания Почтовых Свитков, над которыми работала Люба Охотникова. Судя по радостным крикам ребят, на этот раз дело обстояло не так плохо, как в прошлый.
Чтобы им не мешать, я помахал всем рукой и тихонько сел за стол, который обычно занимала для наших уроков Островская. Новый восторженный крик сотряс мастерскую, и все начали дружно аплодировать в ладоши. Я, естественно, подключился к общему движению.
Раскрасневшаяся Охотникова раскланивалась и прижимала к груди маленькую деревянную табличку Почтового Свитка с таким видом, как будто это было самое дорогое, что у нее есть.
— Макс, у меня получилось! — крикнула она и помахала мне рукой, а я в ответ показал ей большой палец.
В этот момент в моем правом кармане завибрировал телефон. Вот блин… Обычно я всегда отключал звук и виброзвонок перед уроками, а сейчас забыл. Я вытащил телефон из кармана, бросил взгляд на экран и меня бросило в пот. Звонил дед.
— Максим, ты куда? — услышал я крик Островской, когда выбегал из мастерской.
— Что случилось, деда? — спросил я, как только оказался на улице.
— Внучек… Только ты не волнуйся… — услышал я в трубке его взволнованный голос. — Софья сейчас в своей комнате и, по-моему, она превратилась в ворона… Слышишь?
Вот это нормальные такие новости…
— Максим? Что будем делать?
— Жди меня, деда, ничего не делай. Я скоро буду.
