Одна из тех ночей, которую я решил провести в Берлоге. Посмотреть, что там и как, попрактиковаться в аракте, а заодно навестить Люфика, которого давненько уже не видел. Я даже для него пирожное прихватил, на тот случай, если вдруг не окажется бон-бона.
Я зря переживал, на этот раз было даже два бон-бона. Один из них Люфик умял сразу, а второй отложил на потом. Сказал, что меня пока дождешься, рак на горе свистнет, а без бон-бонов что за жизнь? Пирожное, кстати говоря, он тоже сожрал на месте. Вместе с позолоченной бумагой, в которую оно было завернуто.
Наевшись и назвав меня косолапым прямоходом, демоненок сменил гнев на милость и спросил не притащил ли я ему чего-нибудь интересного? Надо же, в кои веки он соскучился по работе. Пользуясь случаем, я снабдил его практически всем арсеналом своих заклинаний, чтобы он еще раз попробовал что-нибудь улучшить.
В этот момент он начал было возмущаться, что я пользуюсь его добротой, но тут уже я поймал его на слове. Сам же говорил, что после бон-бонов у него работать лучше получается. Вот пусть отрабатывает угощение.
Интересно, что бумага и карандаш нашлись в шкафу сразу же после того, как я подумал на чем буду чертить формулы заклинаний, чтобы отдать Люфику? А еще интереснее было то, что когда я брал бон-боны для демоненка, то никакой бумаги и карандашей там не было. Такие дела…
Люфицер затих в своем украшенном драгоценными камнями домике, а я решил попрактиковать аракт, за который давно не брался. По правде говоря, я вообще уже начал расстраиваться на этот счет.
Хотя Дориан и успокаивал меня как мог, а нормально поднять себя в воздух при помощи сапфира у меня пока никак не получалось. Максимум чего мне удалось достичь, это поднятия в воздух примерно на полметра. Во всяком случае так мне показалось, когда я шлепнулся на задницу.
Черт его знает почему так… Скорее всего вся проблема в том, что это какое-то тайное колдунство, которое в совершенстве невозможно постичь иномирцам вроде меня. Однако сдаваться я не собираюсь!
Вот и сегодня взлетал раз двадцать, пока весь зад себе не отбил. Даже с учетом того, что для уроков я отыскал для себя место с очень мягкой травой, которое раньше как-то совсем не замечал, каждое новое падение почему-то было болезненнее предыдущего.
Бросил, когда стало совсем невмоготу. Не знаю… По-моему, сегодня у меня получилось левитировать еще на несколько сантиметров выше чем обычно…
Как следует поработав, я решил, что нет лучшего средства от учебных синяков, чем целительные ванны этой пещеры. Сегодня водичка была просто прелесть, так что я сам не заметил, как заснул, а когда продрал глаза и вернулся в свою комнату, то оказалось, что мог еще смело поспать часик. Часы на мобильнике показывали половину пятого утра.
Спать мне уже не хотелось, поэтому дождавшись шести утра, я начал названивать Нарышкину, чтобы и тот просыпался пораньше. После водных процедур в Берлоге я себя чувствовал полностью отдохнувшим, но жутко голодным. Поэтому опаздывать сегодня на завтрак я не собирался и вообще планировал попробовать все, что там будет.
Без тортиков было не так весело, как вчера, но тоже нашлось чем полакомиться. Передо мной стояла тарелка с яичницей из трех яиц и беконом, рядом с ней еще одна тарелка с сырниками, щедро политыми клубничным вареньем и пара малиновых желе.
Пока я уплетал свой завтрак, Лешка рассказывал мне, что интересного ему подарили. С учетом того, что родители пока держали свои подарки в секрете, выходило так, что самые стоящие вещи подарил ему я, дядя Игнат и Лазарева.
Правда Нарышкин еще с гордостью показывал мне золотой браслет с каким-то чудным плетением, который подарила ему Кречетникова. Браслет и правда был любопытный. Плетение все время менялось и создавалось ощущение, что на руке у него золотой струящийся ручей. Хорошо, конечно, вот только пользы от него ноль целых, ноль десятых.
Лазарева расщедрилась Лешке на новый оберег, который в несколько раз усиливал все заклинания исцеления. Княжич все еще пользовался тем, который мы с ним добыли на первом курсе, когда нас старуха Огородникова об услуге попросила.
Княжич был очень доволен и не мог скрыть радостной улыбки, когда показывал мне Полинин подарок. Вообще-то, всякие лечебные артефакты обычно дорого стоят, а усиливающие магию исцеления в принципе достать было непросто. Так что эмоции Нарышкина я вполне понимал, было чему порадоваться.
Ну а чтобы показать мне подарок от Жемчужникова, нам пришлось дождаться конца завтрака. Лешка сказал, что в столовой он показать его не может. Потом еще топали от главного корпуса подальше, прежде чем он наконец расстегнул футляр для хранения энергетического меча и похвастал обновкой.
— Вот это да! — ахнул я, глядя на подарок от дяди Игната.
Честно говоря, я впервые видел нечто подобное… Черный, слегка дрожащий энергетический луч, который приманивал мой взгляд как магнит… Прямо сейчас передо мной был практически самый мощный меч, лучше которого может быть только энергетический меч из белого магического кристалла… Просто фантастика какая-то…
