Я с радостью поблагодарил Рябинину, которая ответила, что иначе она поступить и не могла. Вот только, по-моему, Щекин этому был не очень рад.
— Сегодня к вечеру здесь все закончат, и мы познакомим цветок с деревом, — продолжил он. — Так что «Арканум» на сегодня отменяется.
— А мне можно будет при этом присутствовать? — на всякий случай уточнил я.
— Не можно, а нужно! — воскликнула Яна Владимировна. — Тебе нужно будет поговорить с Теретеем, что если он и после знакомства захочет общаться с Плюмумом, то Борис Алексеевич будет устраивать им личные встречи и оранжерею для этого больше крушить не нужно.
— И Борису нужно будет сказать, чтобы он присматривал за этим малолетним кустом… — пробурчал Компонент. — Ясно тебе?
— Само собой, — кивнул я.
— Тогда мы тебя больше не задерживаем, — сказал он и посмотрел в сторону конструкта. — Иди к ним прямо сейчас и проведи профилактическую беседу. Еще не хватало, чтобы твой Теретей выломал дверь сразу же после того, как ее поставят.
Этим я и занялся. Пока я разговаривал с Теретеем и Борисом, к нам подошел Нарышкин, а к концу разговора прибыл и Градовский, который все это время торчал внутри оранжереи.
— Ситуация сложная, но контролируемая, — доложил он. — Мне показалось, у Плюмума какой-то приунывший вид, а еще несколько растений повреждены стеклами.
Да ну? Странно, что Щекин мне ничего не сказал про них. Видимо, это были какие-то не особо ценные экземпляры.
Закончив разговор со своими друзьями, мы с княжичем потопали обратно в общагу. В отличие от меня, Лешка не особо заинтересовался возможностью лично присутствовать на знакомстве дерева с цветком и сказал, что лучше будет ждать меня в главном корпусе в компании Кречетниковой. Блин… Точно… Надо же как-то с Урусовой пообщаться насчет наших с ней совместных репетиций. Как-то у меня это совсем вылетело из головы.
Чтобы набраться смелости перед разговором, мы с княжичем решили зайти в столовку и поужинать немного раньше, чем обычно. Не то чтобы я боялся разговаривать с Прасковьей на эту тему, просто… Ну в общем, я решил немного подкрепиться. Тем более, кто знает, будет ли у меня на это потом время? Сначала оранжерея, потом танцы… Тут и с голоду ноги протянуть можно от такого жесткого режима…
Долго засиживаться не стали. Если я собирался поговорить с Урусовой до встречи с Щекиным и Рябининой, то это нужно было делать поскорее. Однако, о чем поговорить, конечно же, нашлось. Еще бы, столько событий за два дня!
Обсудили последние школьные новости и слухи, а еще я рассказал Нарышкину о встрече с Голицыным и похвастался подарком, который он мне привез от Императора.
— Хорошая штука, — одобрил артефакт Лешка. — Такие цацки могут очень дорого стоить, если защита сильная стоит. Покруче твоей магической брони будет.
— Да ну? — спросил я, надевая Серебро обратно на шею. — Александр Николаевич своими подарками мне уже целую кучу денег сэкономил.
— Это точно, — кивнул княжич. — Только я бы на твоем месте не очень сильно радовался этому подарку. Броня еще туда-сюда, а вот это…
— Что ты хочешь сказать? — не уловил я мысли Нарышкина.
— Ну… Например, подумал бы, почему Романов тебе такие мощные защитные вещи дарит, — ответил он.
— Ну это же очевидно, чтобы со мной все было в порядке.
— Логично, — усмехнулся он. — А если возникает необходимость беречь твое драгоценное здоровье такими мощными штуками, значит есть за что переживать, правильно?
— С этой точки зрения я об этом не думал… — признался я. — У меня и врагов-то таких сильных пока нет… Не считая Державиных, которые уже мертвы…
— Сейчас, может быть, и нет, а там кто его знает, — пожал плечами княжич и подмигнул мне. — Просто Александр Николаевич с головой на плечах, поэтому всегда наперед думает. Не от Шуйского же он тебе защиту прислал… Хотя и от него тоже, конечно… Мишка еще тот сучонок…
Я глотнул клубничного киселя и скривился. Пенка попалась… Самая плохая в мире штука… Что на молоке, что на киселе…
— Ты чего скис? — хохотнул Лешка. — Это же я так… Просто, чтобы ты не сильно расслаблялся. Нам с тобой вообще радоваться нужно!
— Что за повод? — спросил я и отодвинул от себя стакан с киселем подальше.
— Как это? Державиных грохнули, разве не повод? Как ни крути, а на несколько врагов меньше стало, — ответил он. — Причем наших с тобой общих врагов, Макс, так что два в одном получается.
— Ну разве что так…
Слово за слово, а время поджимало. Нужно было идти искать Урусову. К моему удивлению, Нарышкин мне сказал, что в среду искать ее в это время лучше всего в спортивном зале. Понятия не имею, откуда он все про всех знает, но это оказалось правдой.
Он не сказал мне, чем она там занимается, поэтому пока я топал в спортзал, то до последнего момента думал, что обнаружу ее там фехтующей с Гребнем. Артем Захарович со многими дополнительно занимался фехтованием, поэтому это было бы вполне логично.
Однако я ошибся… Урусова занималась йогой. Причем девчонок там оказалось довольно много, а тренером у них была Виктория Артемовна Островская.
