Извиняться из-за этого урода я, естественно, не собирался. Я абсолютно уверен, что если у Шуйского была бы возможность провернуть такую штуку со мной, то он обязательно ею воспользовался бы. Причем не стал бы как-то ограничивать свои силы.
— Просто я немного переборщил, — ответил я.
Он остановился, посмотрел на меня и нахмурился.
— Максим, я понимаю, что у вас с Михаилом сложились не самые лучшие отношения, однако ты должен понимать, что магия — это не кулаки, — сказал он и пошевелил своими усами. — Нужно учитывать степень вреда, которую можно нанести.
Громов сделал небольшую паузу и добавил.
— Тем более в твоем случае. Еще немного, и ты мог бы нанести ему сильную травму. Гораздо более опасную, понимаешь?
— Угу, — кивнул я. — Но не нанес же…
— Нет, — покачал головой Артем Романович. — Я был в медицинском блоке и разговаривал с Веригиным. Целитель сказал, что к завтрашнему утру Шуйский будет в полном порядке.
Так я и думал. А делал вид, что с минуты на минуту помрет. Симулянт…
— Однако я хочу, чтобы ты запомнил и этот случай, и наш разговор, Темников. Всегда контролируй собственную силу и не позволяй эмоциям взять верх над твоим разумом, понятно? — спросил он и погладил бороду. — По крайней мере, если это не угрожает твоей собственной жизни. Надеюсь, Михаил не собирался тебя убить?
Мастер темных классов вопросительно уставился на меня, ожидая моего ответа. Мне показалось, что он вдруг стал очень серьезным и хотел услышать от меня честный ответ.
— Я тоже на это надеюсь, — ответил я. — Поэтому контролировал свою силу. Я ведь его не покалечил… Так, предупредил просто…
— Как тяжело с тобой работать, — покачал головой Громов.
— Да понял я все, Артем Романович, — успокоил я преподавателя. — Тут просто дело принципа было. Не буду я его просто так трогать.
— Он еще и принципиальный… — вздохнул он и пошагал дальше.
Больше мы с ним об этом не разговаривали. Сделали короткий кружок по школьному парку, а затем он оставил меня одного. Правда на прощание все-таки еще раз предупредил, чтобы я был осторожнее и не забывал, что способности мне даны не для того, чтобы я оттачивал мастерство на одноклассниках.
Да я в общем и не собирался этого делать… Просто поставил кое-кого на место, и все. Шуйскому самому следовало остановиться чуть раньше, а не пытаться самоутвердиться за счет меня.
Я сел на лавочку, чтобы немного передохнуть после всех этих утомительных разговоров и вдруг мне в спину прилетел снежок. Сначала я подумал, что это дело рук Нарышкина, который наверняка сейчас где-то в парке со своей ненаглядной Кречетниковой.
Но нет, к моему удивлению, я ошибся — это была Прасковья Урусова. Она задорно улыбалась, а на ее лице играл румянец, который делал ее очень милой. Даже не верилось, что временами она может быть первоклассной врединой с характером.
— Привет, Темников! — сказала она и запустила в меня еще одним снежком. — Ты чего такой мрачный? Громов пообещал тебя выгнать из «Китежа»?
— С чего это вдруг? — спросил я и отвернулся от нее.
В спину мне прилетел еще один снежок, затем я услышал ее шаги и вскоре она уселась рядом.
— Как это? За то, что ты хотел убить Шуйского на уроке ментальной магии, — огорошила она меня последней школьной сплетней.
— Кто это тебе сказал?
— Все говорят. Будто бы у вас была ментальная дуэль, — пожала она плечами, затем зачерпнула с лавки немного снега и начала лепить новый снежок. — Правда, что, когда его уносили целители, он был весь в крови?
— Люди вообще много говорят… А так, вообще, правда, — кивнул я. — А еще у него оторвало обе ноги, а на лбу появился третий глаз. Жуткое зрелище, я тебе скажу.
— Ахах! — рассмеялась она и запустила снежком в дерево напротив. К моему удивлению, даже попала. — Я так и знала, что это все слухи. Но дуэль же ты выиграл, правильно?
— Слушай, Прасковья, ты чего вдруг ко мне пристала? — спросил я. — Только не говори, что у нас будет школьный зимний бал и ты опять решила позлить Огибалова.
— Не-а, не угадал, — сказала она, затем сняла перчатки и потерла ладошки. — По моим сведениям, в этом году зимнего бала у нас вроде бы не будет. Просто праздничный ужин и все.
Хорошая новость. Мне осеннего школьного бала и приглашения на Зимний Императорский вполне хватало. Еще один бал в школе однозначно был бы совершенно лишним.
— И Огибалов здесь ни при чем, — продолжила она. — К тому же, он перестал за мной таскаться. Я ему окончательно дала от ворот поворот.
В этот момент у меня зазвонил телефон. Как я и думал, Лешка был где-то в парке и требовал, чтобы я ему срочно рассказал про нашу дуэль с Шуйским. Я ему рассказал, где нахожусь и он ответил, что скоро будет.
— Максим, ты чем занят на этих выходных? — спросила Урусова, как только я закончил говорить с княжичем.
— В каком смысле? — не сразу сообразил я, чего она от меня хочет.
— Ну что делаешь в субботу и воскресенье, спрашиваю, — улыбнулась она и поправила шапку.
— В субботу у меня индивидуалка с Чертковым, а потом в Белозерск махну, если ничего экстраординарного не случится, — ответил я и прищурился. — Ты с какой целью интересуешься?
