— Тогда ты поймешь, о чем я тебе сейчас скажу, — он отпил немного сока. — Когда-то давно была договоренность, что Чертковы служат только Императорской фамилии. Но в период родовых войн кое-что изменилось… Один из Чертковых решил, что можно выстроить собственную игру. Это стало роковой ошибкой. Их вырезали всех, оставив в живых самого младшего. Ну а в дальнейшем все время держали на коротком поводке, чтобы никаких глупостей в голову не пришло. Пока тебе все понятно?
— Вполне, — ответил я. Интерес к еде был потерян и я внимательно слушал Василия Юрьевича.
— Хорошо, — кивнул он и продолжил. — С годами им разрешили заняться уничтожением проклятий и это продолжается до сих пор. Вот только дворянами никто из них больше не стал. Ты понимаешь, что это значит для бывшего дворянского рода?
— Ну… Я думаю…
— Можешь не отвечать, ты еще слишком юн, чтобы понимать это в полной мере. Главное, что ты должен знать — твое обучение это поворотный момент в судьбе рода Чертковых, Максим, — он допил сок и поставил стакан на стол. — Если у Александра Григорьевича получится выучить тебя, то его роду вернут дворянство. Более того, дадут высокий титул. С учетом того, что его дети лишены Дара, это вопрос выживания рода. Понятно?
— Теперь немного больше, чем раньше, — ответил я. — А почему Император не боится, что… Ну, что…
— Что Чертков нанесет ему какой-нибудь вред? — закончил за меня вопрос Голицын. — Не получится. Его защищает… Ну тебе не обязательно об этом знать. Просто знай, что он не боится твоего учителя. Так что работай спокойно и постарайся оправдать доверие. Это решение дорогого стоило Романову и не все от него в восторге.
— Я постараюсь, — ответил я.
— Вот и хорошо.
Мы проговорили с ним еще почти час. За это время выпили как минимум по литру сока и уделали еще по одной порции солянки. Потом начальник тайной канцелярии пошел разговаривать с Орловым и Жемчужниковым, ну а я обрел долгожданную свободу.
Когда я вышел из главного корпуса, то чувствовал себя каким-то узником, который целый день просидел в душных кабинетах. А здесь голубое небо и свежий воздух! Настроение у меня мгновенно улучшилось и захотелось сделать какое-нибудь большое дело.
Ну, например, с утроенной энергией взяться за подготовку нашего с Лешкой плана. С учетом того, что мы планировали все успеть до пятницы, работы было еще очень много.
Я вытащил из кармана мобильник и набрал Нарышкина. У него сейчас как раз урок закончился!
После ночного происшествия я снова почувствовал себя также, как и в первые дни обучения в «Китеже». Разве что только самый ленивый ученик не тыкал в меня пальцем. Я уже и забыл, как это, когда ты привлекаешь внимание всей школы. Такое себе, если честно.
Хотя разве могло быть по-другому, если за несколько дней произошло так много интересного, связанного с моей персоной, о чем есть повод поговорить.
Для начала Чертков. С того момента, когда он впервые появился в школьном парке и уселся к нам с Лешкой на лавочку, разговоров о нем было на каждом углу.
Каких только глупостей не успели выдумать насчет него всего за один день. Начиная с того, что он борец с демонами и его прислали специально, чтобы он приглядывал за мной. Якобы во мне тоже демоны живут и если пустить дело на самотек, то они чего доброго вылезут наружу и натворят неописуемых бед.
Потом откуда-то стало известно, что Александр Григорьевич разрушитель проклятий. Чему удивляться? Детишки здесь разные учатся, так что, понятно дело, что эта информация быстро станет известной.
Так вот какой-то идиот пустил слух, что я проклятый ребенок с самого рождения и старик пытается меня от этого родового проклятия избавить. Почему-то считалось, что если этого не сделать, то я могу со дня на день спятить и укокошить половину «Китежа».
Бред такой, что и говорить об этом не стоило бы. Вот только после того как ночью у меня почему-то вылетели все стекла, и кто-то дико орал под окном, общее мнение, что со мной не все в порядке, только укрепилось.
Финальную точку поставил Голицын, которого вместе со мной видели обедающим в школьной столовой. Начальник тайной канцелярии решил просто пообедать со второкурсником? Ага, как бы не так. Какой дурак в это поверит?
Ясное дело, что Василий Юрьевич приехал специально, чтобы предупредить меня — магическая школа не место для таких как я, и если будет еще одна подобная выходка, то меня в лучшем случае упекут в тюрьму. В худшем лишат дворянства и казнят. Два раза.
Всей этой ерундой делился со мной Лешка и наши девчонки, которые были даже больше в курсе. С учетом того, что Нарышкина тоже видели в компании Черткова, его тоже считали немного не в себе. Поэтому всех сплетен ему не рассказывали.
Надо же, меня даже стали обходить десятой дорогой, когда на школьной тропинке видели. Поначалу меня это забавляло. Потом начало бесить. Ну а к пятнице я и вовсе забил на это дело и перестал реагировать на учеников, которые шарахались от меня или тыкали в мою сторону пальцами.
