– Я сама не врубаюсь, – грустно улыбнулась Йоко, не выдерживая напора взгляда Юнги и жмурясь. – Лучше не спрашивай об этом.
– Понял, – кивнул парень. – Ты ведь из Японии? Я был там пару лет назад.
– Да, из нее самой, – теперь кивнула девушка.
Снова повисло молчание. Юнги и Йоко просто курили, нарушая тишину лишь вздохами и треском сигарет во время затяжек, но и этого не было слышно из-за громкой музыки, что стучала где-то в груди и растекалась невидимой патокой в воздухе. Все уже привыкли к нескончаемому грохоту и перестали замечать его, зато потом, когда окажутся в своих тихих домах и квартирах, в ушах будет неприятно пищать.
– Когда я был в Токио, – продолжил харизматично Юнги, откидываясь к спинке дивана, – мне посчастливилось попасть в один из лучших ночных клубов. По типу этого. Тоже дорогой алкоголь, мебель из-за границы, услужливый персонал… Там я увидел компанию девушек. Они что-то отмечали. Может быть, тоже чей-то день рождения. И мне приглянулась одна. Считай, мимолетная влюбленность, которая навсегда оставила отпечаток на моем сердце, потому что девчонка мне отказала. Она была подвыпившая и грубила мне, пока я пытался закадрить ее.
– Не привык к отказам, что до сих пор не можешь забыть? – усмехнулась Йоко, а после словила на себе странный взгляд мужских глаз.
– Да, – ответил он честно и без колебаний, – не привык. Она опозорила меня и ушла со своими подружками, а я так и остался в полном дерьме.
– Пора бы уже выкинуть этот случай из головы, – девушка пожала плечами. – Глупо волочить за собой столь тяжкие воспоминания.
– Скоро выкину, – Юнги кивнул с улыбкой на лице и одним глотком опустошил стакан.
Шторы вновь разъехались в разные стороны – показался Чонгук. Он неодобрительно посмотрел на Мин Юнги, который, как ему показалось, слишком вольно раскинулся рядом с Йоко, а после перевел карие глаза на девушку. Он улыбнулся ей так тепло, как никогда не улыбался, и дело было не только в залитом в организм алкоголе. Парень был влюблен, а любовь размягчает даже самых черствых людей и делает из них податливых тряпичных кукол.
– Йоко, пошли потанцуем, – попросил Чонгук, подходя к девушке и протягивая ей руку. – С хёном делать это не так интересно.
– Давай, не отказывай парню, – промурлыкал Юнги, вставая с дивана, чтобы переместиться на свое место.
Йоко согласилась. Она не решалась, ибо стеснение и боязнь привлекать к себе внимание толпы ударяли ее профессиональным ударом под дых, но после слов Юнги и Чонгука, который начал бессовестно тянуть ее за руку, она сдалась и пошла вместе с ним на танцпол.
Музыка заиграла в ушах громче обычного. Она оглушала и лишала возможности не только говорить, но и слушать собеседника, поэтому все молчали и отдавались затягивающему потоку движения, подпитанного глубокими басами, четким ритмом и мужскими и женскими поющими голосами. Чонгук остановился в самом центре толпы, отпустил Йоко, но лишь на секунду, ибо затем, развернув ее к себе спиной, крепко прижал к своей груди и стал танцевать вместе с ней. Девушка хотела взбрыкнуть и оттолкнуть его, но разве это было бы правильно или справедливо по отношению к парню? Это просто танец, и не стоит так категорично к этому относиться.
Они двигались в унисон музыке, сливаясь воедино друг с другом. Поначалу Йоко смущалась такой близости и все норовила ускользнуть из цепких лап Чонгука, но тот обратно притягивал ее к себе, беспардонно шарил руками по ее талии и бедрам и своими плавными движениями заставлял девушку раскрепощаться, отбрасывать в сторону сомнения и следовать голосу инстинктов, а они уже кричали, разрывая глотку, что пора перестать бояться и показать всю себя во всей красе. Тогда Йоко, закрыв глаза, прижалась плотно ягодицами к паху Чонгука и уже сама стала заводиться не на шутку от столь тесного контакта. Ей нравилось, как он гладил ее тело, аккуратно изучал пальцами ребра, натыкаясь на косточки бюстгальтера, и разгоряченно дышал ей в шею. Их движения походили на имитацию полового акта, и от подобных мыслей, что у девушки, что у парня голова шла кругом. Даже когда они спали в одной постели и целовались, между ними не было такой опасной близости, как сейчас, во время эротических танцев. Но Йоко хотела не только чувствовать Чонгука, но и видеть его, поэтому она развернулась к нему лицом, накрыла руками его плечи, постепенно обвивая ими его шею, и не заметила, как он утянул ее во французский поцелуй. Он обнял девушку так крепко, что она издала стон ему в губы и даже остановилась. Их танец прервался, но начался новый – языки боролись друг с другом во влажном танго и даже не думали делать передышку. Губы начало саднить, кислорода катастрофически не хватало, но и это не могло оторвать Йоко от Чонгука. Она рискнула, взяв инициативу в свои руки, и сама углубила поцелуй, стараясь проникнуть чуть ли не в самое горло парня. От такой страсти Чон не выдержал и, опустив ладони на ягодицы девушки, нетерпеливо сжал их сквозь ткань платья и притянул ее к себе грубым рывком, ощутив приятное касание ее мягкой груди.
