Наверное, все же следует описать моих хозяев. Итак: мужчины ростом всего в пять песус (сто пятьдесят см.). Не очень, скажем, высокие. Зато плечи у них шире моих раза в полтора. Ноги коротковаты сразу видно не бегуны. Но руки мощные, запястье как голень у человека. Этим коротышкам лучше на кулак не попадаться. Голова небольшая, глаза маленькие, черные. Волосы темные. Лица округлые, нос картошкой. В общем, выходит такая добродушная физиономия. Правда, характер встречается разный… Все с бородами. Мужская половина начинает растить ее с тех пор как у юноши начинает пробиваться волос на подбородке. Женщины у подгорного народа… Ну как вам сказать. Видели ли вы дочек богатых торговцев? Такие толстенькие розовощекие поросятки. Некоторым нравятся пышечки. Но я к ним не отношусь. Правда, иногда жалею. Встречаются вполне симпатичные мордашки, особенно у молоденьких. А вот женщины гномов в зрелости, матроны иначе говоря, это чтото. После рождения целого выводка ребятни они приобретают монументальность, ходят не торопясь, а голос делается таким зычным, что аж в самом далеком закутке шахты слышно их зов на обед. Мужья их боятся. Дети ну как и все дети. Веселые, подвижные. В них нет еще той массивности, что придет с возрастом.
Пристроили меня на работу в шахту, на вывоз пустой породы. Компания подобралась очень интересной и колоритной. Три гнома, отправленные сюда за какието преступления, один эльф, ну и я, человек в довесок. К четверке, к моим напарникам, и был приставлен надзиратель. Неприятный тип Парек.
– Так ты еще и струмент сломал?! прогундосил он. Криворукий человек! Да знаешь ли ты, сколько стоит эта тачка! За всю жизнь не отработаешь ее цену!
– Да знаю я ей цену! сквозь зубы бросил я. Нет, ну этот тип меня доведет! Грош ломаный в базарный день. Что не видишь, что у нее и так колесо было в непорядке! – Высказываю я Пареку, одновременно пытаясь вытащить тачку изпод груды породы. Проходящий мимо гном каторжанин легко вытащил ее одним движение могучей лапищи. Спасибо искренне поблагодарил его. Он только кивнул и пошел дальше. Ударами камня я забил на место железный прут, служивший осью для колеса тачки, и принялся заново собирать каменные обломки. Затем покатил тачку к выходу из шахты. Надзиратель, продолжая ругаться, убрался в свою каморку. Так прошел очередной день. Вечером, переодевшись в чистое, я отправился в таверну. Вечером это громко сказано. Под землей нет смены суток. Всегда постоянный сумрак. Источник света кристаллы на высоких столбах. Открытый огонь, нигде кроме как в плавильных цехах не используется. Воздух в подземельях большая ценность, жечь его просто так пустая трата ценного ресурса, так считают сами гномы. Им хорошо они и в темноте неплохо видят. А я не раз уже разбивал лоб, пробираясь к себе в каморку.
