– Могли и что похуже порвать, – Виолетта сердито растирала синяки на запястьях. Подобрала валявшийся в углу сапожок, надела. – А ты как здесь оказался?
– Стрыля-ли, – с азиатским акцентом протянул Ямщиков. – Понадобилась срочно, начал искать. Ребята-пэпээсники сказали, что забросили тебя на Лесозаводскую. Ну, я сразу вспомнил про твой интерес к этой базе и решил догнать, пока не вляпалась. Не успел, однако.
– Ладно хоть грузовик этот остановили, – Виолетта, прихрамывая, пошла к выходу, капитан спрыгнул из фургона первый и помог ей спуститься на асфальт, – думала, убьюсь тут, так швыряло. – Она шлепнула грязной ладошкой по испачканному рукаву и скуксилась: – Все, теперь только выбросить осталось. Ты посмотри, единственное пальто угробили на фиг. Поубиваю сволочей!
– А мы решили, угоняют машинешку с товаром. – Ямщиков не обратил ни малейшего внимания на девичьи всхлипы. – Бывает, шофер вылезет на минутку, тут какой-нибудь ухарь вскочит и – по газам. Сейчас вместе на базу поедем, надо брать, пока тепленькие. По пути расскажешь, как в фургоне оказалась и куда он так торопился с дверями нараспашку.
Сержант Сабиров остался охранять задержанного и фургон, а второй член экипажа патрульной машины быстро домчал их до распахнутого окна склада. По дороге вызвали по рации ОМОН и следственную бригаду. Под окном блочного корпуса валялся пустой пластиковый ящик и чуть в сторонке черный гитарный футляр. Виолетта сразу к нему подбежала, защелкнула замки и взяла за ручку.
– Это у тебя маскировка такая была? – покосился на футляр Ямщиков и укоризненно покачал головой. – Еще бы тебя не зацапали, шпионку, за версту липой несет. – Ногой пододвинул к стене ящик, встал на него и, подтянувшись, заглянул в глубину склада. – Ну, разберемся, что за день открытых дверей тут сегодня устроили. – Влез на подоконник и спрыгнул внутрь. Через минуту высунулся и сказал: – Похоже, не только день открытых дверей и окон, но и день открытых бутылок. Судя по запаху, выпивка сегодня за счет заведения и в неограниченном количестве.
Виолетта встала на ящик, тоже попыталась вскаpабкаться в окно. Ямщиков, не очень цеpемонясь, схватил её под мышки и заволок на подоконник вместе с гитарным футляром. На полу лежала ружейная гильза. Капитан прихватил её кончиками пальцев за края донышка, понюхал и положил обратно, почувствовав тухловатый запах свежесгоревшего пороха. Вынул из подмышечной кобуры пистолет и на всякий случай снял с предохранителя. Сделав пару шагов по мокрому полу, он увидел ещё что-то и, чертыхнувшись шепотом, поднял.
– Думал, кошка свернулась, а это парик. – Удивился: – Твой, что ли?
– Давай сюда. – Виолетта отобрала парик, надела на руку, стала осматривать и отряхивать, повернув к свету, падающему из окна.
– А косу отстегиваешь, когда его надеваешь? – не удержался капитан от ехидного вопроса.
– Ага, а ещё вставные зубы на полку кладу и стеклянный глаз в стакан с минеральной водой, – огрызнулась Виолетта, убрала свою роскошную косу за ворот пальто и нахлобучила парик. Посмотрелась в стекло раскрытой оконной створки. Кого-то она себе напоминала в этом парике. Может, того хиппаря с ружьем, который выкопал её из-под пыльных тряпок. Он стоял спиной к свету, лицо в темном фургоне разглядеть не удалось, но какое-то смутное подозрение у неё возникло. В нежданном спасителе мелькнули какие-то знакомые черты.
Оставаясь в парике, Виолетта осторожно двинулась следом за Ямщиковым, стараясь не брякать гитарным футляром о штабеля ящиков. Они свернули в проход между штабелями и через несколько шагов на небольшой свободной площадке увидели труп.
Парень в черной кожаной куртке лежал навзничь и смотрел в потолок стеклянными глазами. Из уголков рта по щекам рисовались кровавые полоски. Из-под спины тоже подтекала густеющая на воздухе кровь. Кожанка на груди была посечена картечью, руки откинуты за голову, ноги слегка подогнуты. Видно, как упал, сраженный выстрелом, так почти сразу и умер. С полными легкими крови и поврежденным сердцем, как правило, долго не живут.
Виолетта машинально начала в уме составлять протокол осмотра, профессиональным глазом фиксируя подробности. Ямщиков только мельком взглянул на труп и тоже зафиксировал интересующие его детали: татуировки на кистях рук, приметная родинка возле уха, поблескивающая фикса в открытом рту. С удовлетворением отметил, что смерть потерпевшего уже наступила, и двинулся дальше.
Выглянув из склада в коридор, Ямщиков дальше спешить не стал, а остановился и внимательно вгляделся в обитые оцинкованным железом двери в дальнем конце. Ему показалось, что оттуда доносятся хлопки выстрелов. Он сосредоточился, вслушиваясь в глухие звуки. Виолетта нетерпеливо дышала в плечо, с отвращением морщась от гнусного и едкого запаха технического спирта.
