Когда главные герои церемонии вошли в Белый зал, освещенный свечными люстрами и напоенный ароматом сотен роз и лотосов, стоявших в высоких напольных вазах, они увидели там предназначавшийся для них круглый стол с восьмью высокими стульями и стоящий в отдалении небольшой стол для преподавателей. И вот лока в парадных туниках вошли в зал: Кутам Лал, Лея Вадь, Лита Санг, Ян Чернов, Аретт Нури, Саита Ютт, держащая в руках большой кованый ларец, и высокая сухая старуха с космами длинных седых волос, которая была одета в длинную чёрную тунику, расшитую серебряными звёздами. Её сморщенное лицо напоминало сухое яблоко, один уголок тонкого бледного рта нервно дёргался, но глубоко запавшие и окружённые синими кругами глаза по-молодому блестели. Старуха шла с трудом, опираясь на костыли.
– Госпожа Катриона Китри, – представил Лал аудитории старую эльфийку.
Катриона уселась в центре стола, остальные преподаватели разместились вокруг нее. Саита Ютт открыла ларец и вынула оттуда восемь небольших коробочек.
Катриона открыла первую из них. Там оказался браслет из жёлтого металла, очевидно, золотой. Старуха несколько секунд вглядывалась в золотую ленту, а затем прошамкала:
– Лакшми Мей!
После секундного замешательства вспыхнувшая до ушей Лакшми встала и направилась к столу, за которым сидела старая эльфийка. Теперь в зале стояла абсолютная тишина. Катриона кивком головы указала девочке на стул. Мей села и протянула женщине кусочек кварца. Старуха взяла кварц из её руки, но даже не взглянула на него. Она смотрела куда-то в пространство поверх головы девочки.
– Травница ты хорошая будешь, – прошамкала Катриона. – Браслет твой очень хорош, очень сильный, наследный он, от прабабки твоей. И тебе хорошо подходит. Носи браслет на левой руке, в ней у тебя энергетика сильнее.
С этими словами старуха нацепила золотую ленту на руку девочки. Следующие четыре браслета – Ганса Вагена, Франсуазы Рене, Патрика Брайса и Лу Чунг новым владельцам не подошли, и Катриона сказала, что им нужно покупать новые. Как и Лакшми, Катриона сказала этой четвёрке о том, на какой руке им предпочтительнее носить оружие.
– Владислав Измайлов! – прокаркала старуха, открыв маленькую чёрную коробочку, ту самую, которую отец Владислава хранил во всегда закрытом нижнем ящике стола.
Влад встал и, с трудом переставляя ноги, которые неожиданно стали совершенно ватными, подошёл к эльфийке. Он протянул ей кусочек кварца, но старуха отложила его в сторону, даже не взглянув. Эльфийка вынула из коробочки массивный серебряный браслет и стала пристально его разглядывать. Уголок бледного впалого рта задёргался сильнее, а в по-молодому ярких глазах явно читался профессиональный интерес.
– Этого просто не может быть, – тихим шёпотом удивлённо прошептала Катриона, – такое сильное энергетическое поле…
Повернув голову, Влад перехватил быстрый, но внимательный взгляд, который Чернов бросил на изящный серебряный обруч, слегка дрожавший в руках старой эльфийки.
Наконец глаза старухи оторвались от браслета и встретились с глазами Владислава. У него возникло ощущение, что она видит его насквозь.
– Я помню твою мать, – прошамкала Катриона, – она приходила ко мне… красавица… Ты упрямый, в мать… это хорошо, – продолжала старуха. – В травах не очень силён. И энергетика у тебя не очень сильная. Но браслет поможет. От матери он у тебя, а ей достался от её прабабки. Носи его на правой руке, не снимая, – с этими словами Катриона надела браслет на руку Владислава.
Влад уже собирался вставать, когда Катриона с неожиданной для женщины такого почтенного возраста силой резко потянула его за руку, приблизив лицо мальчика почти вплотную к своему. Влад услышал быстрый тихий шёпот:
– У тебя звезда во лбу. И аура цвета индиго.
С этими словами эльфийка легонько оттолкнула его от себя.
Владислав вернулся за стол и стал внимательно рассматривать браслет матери, который он видел впервые. На первый взгляд эта массивная серебряная лента казалась несколько грубоватой, но потом, как будто проступая изнутри, проявлялись изысканность и тонкость работы оружейника.
Влад погрузился с головой в свои мысли. Его мать зачем-то приходила к Катрионе. Зачем? С какой целью? Мальчик коснулся рукой тускло блеснувшей серебряной ленты браслета, как будто он мог ответить на этот вопрос. Из омута мыслей его вырвал голос Катрионы, говорившей Артемию:
– Не ленись, будь настойчивей, развивай и усиливай энергетику. У тебя больше магических сил, чем ты сам думаешь. Магами не рождаются, магами становятся. Браслет у тебя от твоего прапрадеда, – продолжала эльфийка, – а он был великим воином, – с этими словами старуха надела на правую руку Артёма широкий золотой браслет.
– Алиса Никанорова! – вызвала Катриона последнюю студентку.
Влад увидел, как слегка оробевшая Алиса медленно подошла к столу. Эльфийка открыла последнюю коробочку, вынула оттуда браслет из тускло блестевшей бирюзы, затем взяла кусочек кварца из руки девочки и закрыла на несколько секунд глаза, словно прислушиваясь к чему-то в себе.
