- Пути Лорда неисповедимы… А если серьезно, не путай причину со следствием! Толчком к пробуждению моих организаторских способностей стала непростая ситуация, в которой я оказался. Как говорится, жить захочешь – еще и не так раскорячишься. Ну а в школьные годы я был обычным сопливым юнцом, без багажа знаний, должного опыта и авторитета. Я мог похвастать исключительно своей фамилией, ведь информация о моих возможностях для широкой публики оставалась тайной. Мне не стали бы подчиняться сторонники Тома, да и сам я никогда не испытывал желания командовать. То, что происходит сейчас – вынужденная мера. Когда Лорд вернется, я сложу полномочия вашего лидера и отойду в сторонку, чтобы не путаться под ногами у профессионалов. Касательно «казачка»… тут все сложнее, чем кажется. У французов существует давняя поговорка: «если сын ударился в мятеж, отец должен показательно поддерживать существующую власть – кто бы не одержал верх, у него будет шанс спасти родную кровь». Так что для Тома я больше был не шпионом, а своего рода страховкой на случай провала. И его расчет себя оправдал, не так ли?
- Это да, - кивнул мой задумчивый собеседник.
На этом разговор сам собой увял, но я был доволен, что мы с Антонином сумели заранее прояснить несколько важных моментов. И нет, речь не о «ночных бабочках» и неутоленном либидо Пожирателей. Просто я понимал, что рано или поздно Долохов начнет видеть во мне прямого конкурента. Своим внезапным появлением я подвинул Тони с почетного места Правой Руки Лорда. После выяснилось, что мне известны такие секреты Тома, которыми он не делился даже с наиболее верными соратниками. А в итоге от моих решений в буквальном смысле зависит жизнь Волдеморта. Как тут не почувствовать себя ущемленным и обиженным в лучших чувствах? Но мое прямое обещание сойти со сцены после возвращения Лорда и передать бразды правления Антонину наверняка успокоит амбициозного мага. Тем более я изначально отвел ему роль своего заместителя.
Перемыв посуду, забив холодильник купленными продуктами, разложив комплекты постельного белья с подушками, одеялами, полотенцами и на кой-то хрен купленными Долоховым домашними халатами по комнатам, мы отправились встречать «туристов». Хоть я и предлагал Тони остаться дома, но волшебник неожиданно уперся, заявив, что подстраховка мне не помешает. Аргументов для возражений я не нашел. Да и не искал особо, ведь настроение после сытного ужина было настолько благостным, что не хотелось его портить спором из-за пустяка.
До Бирмингемского вокзала мы добрались на такси. Изучив огромное информационное табло, я выяснил, что поезд из Эддинбурга прибудет спустя сорок пять минут, и не стал терять время, отправившись в парковую зону, расположенную неподалеку от станции. Отойдя от аккуратных пешеходных дорожек подальше, вглубь густых зеленых насаждений, которые некоторые несознательные личности, судя по «следам», использовали в качестве бесплатного туалета, я использовал «гоменум ревелио». Убедившись в отсутствии министерских «следилок», извлек из своей сумки две мумии.
- Это что, Люпин? – поинтересовался удивленный Долохов, разглядывая физиономию ближайшего трупа, освещаемую неярким светом его «люмоса».
- Ага, - беспечно отозвался я, обыскивая давнего знакомого. – У директора стало на одну пешку меньше.
Забрав у Лунатика старую волшебную палочку, маггловские часы на цепочке и обнаружившийся в кармане пяток сиклей, я аккуратно срезал слой дерна с пожухлой травой и отвернул его в сторону. Второго оборотня я обыскивать не стал – побрезговал. Да и личные вещи Люпина изъял не с целью хомячества, а чтобы получить уверенность в отсутствии каких-нибудь магических маячков рядом с останками бывшего Мародера. Паранойя – наше все!
Антонин помог мне простейшими заклинаниями выкопать небольшую яму, в которую я столкнул оба тела, прямо в одежде тщательно измельчил их и засыпал землей. Вернув дерн на место, я притоптал образовавшийся бугорок и почистил сапоги «эванеско». Дело сделано! Конечно, лучше было выбросить тела оборотней в океан, но как водится, хорошая мысля приходит опосля, а сейчас аппарировать на берег мне лень. И так сойдет! Тем более, судя по затрапезному виду Римуса, директор давно забыл о нем и искать точно не станет.
Воспользовавшись случаем, я решил проверить, не осталось ли в сумке чего полезного, и заставил артефакт исторгнуть из своих недр все содержимое. Следом за упаковкой туалетной бумаги, потертым ботинком Люпина и одиноким колечком запаянной в пакет салями на землю выпала палочка Грюма - видимо, исполнительный Кричер закинул ее в артефакт вместе с телом. Короткая, непривычно толстая, больше напоминающая стилет, она сразу завладела нашим вниманием, пробуждая желание обладать этим удобным магическим инструментом, взять его в руки, ощупать резные завитушки…
- Куда лезешь! – оттолкнул я наклонившегося Долохова, не дав ему прикоснуться к трофею.
- Да я только посмотреть хотел! – недовольно огрызнулся волшебник.
- Ага, как же, посмотреть! Тебе явно приспичило стать батарейкой для крестража!
