Волшебница подчинилась, и я тут же накрыл пальцами рваную рану миссис Гойл, вливая в нее мощной струей целительскую магию. Секунда мне потребовалась, чтобы остановить кровь, еще пяток ушел на восстановление тканей, после чего я ликвидировал обильную кровопотерю раненой, воссоздав необходимое количество кровяных телец прямо в венах женщины. Порез на шее оказался далеко не единственным и, судя по керамическим включениям, он появился, когда «авада» боевика угодила в стоявший на камине горшок с летучим порохом, рванувшим не хуже обычного.
Выдавив магией из ранок осколки и прочий мусор, я зарастил все дырки и омыл тело Эльвиры целебной силой с намерением убрать все постороннее. Попутно я подлечил душу миссис Гойл, ведь если исцелять пациентку, то нормально, а не останавливаясь на полпути. Что удивительно, на энергетической оболочке матери Грегори обнаружилась такая же мерзкая серая многоножка, которую я впервые увидел на душе Нарциссы. В остальном духовная составляющая волшебницы была вполне обычной – со следами застарелых проклятий, давно сросшимися с ней обетами и некоторым количеством поврежденных тканей.
Клятвы я трогать не стал, включая метку Лорда, но все остальное поправил, заставив Эльвиру вновь почувствовать себя молодой. Убрав руку, я оглядел шейку удивленной женщины и довольно заявил:
- Все, можешь вставать. Или ты от такой царапины помирать собралась?
Стоявший рядом и откровенно паникующий Гойл наклонился над супругой и в свою очередь принялся рассматривать и ощупывать залитую кровью шею волшебницы, а я рывком поднялся и схватил за руку Алекто, которой тоже знатно прилетело осколками горшка.
- Не шевелись! – приказал я источающей изумление Кэрроу.
Сосредоточившись, я быстро почистил ее многочисленные ранки, восстановил поврежденные ткани и подлечил душу, на которой тоже обнаружилась знакомая серая мерзость. Правда, чуть меньшего размера. Закончив с Алекто, я удалил кровь со своих рук и мантии, после чего поинтересовался:
- Кто еще ранен? – Видя, что внимательно наблюдавшие за мной волшебники не спешат высказываться, я добавил: - Если желающих нет, счастливо оставаться!
- Блэк, постой! – воскликнул Крэбб. – Меня в спину задело. Можешь глянуть?
- Я не Блэк, я Новак! – подняв указательный палец, твердо заявил я. – Джон Новак. Могу даже документы показать, чтобы вы могли правдиво ответить на некоторые неприятные вопросы, которые вам наверняка зададут авроры.
Достав из кармана маггловский паспорт, я вручил его Пожирателю, решительно развернул мага спиной ко мне и предметно изучил рану над правой ягодицей. Никакой угрозы для жизни она не представляла, но я все равно почистил и залатал ее своей магией, заодно исследовав душу Крэбба-старшего. Многоножке я уже не удивился, а вот багровое пятно на ауре, которое охватывало всю область низа живота, стало для меня сюрпризом.
- Виктор, - обратился я к своему пациенту, делая ударение на второй слог, поскольку дальние предки Крэббов были родом из Франции. – Я сейчас задам один вопрос, на который советую ответить максимально честно. Как у тебя обстоят дела с личной жизнью?
- Что ты имеешь в виду, Бл… Новак?
- Я вижу серьезные повреждения в твоей репродуктивной системе и хочу узнать, глаза меня обманывают, или ты действительно страдаешь мужским бессилием?
- Эм… - Крэбб кинул быстрый взгляд на стоявших в сторонке волшебников. Испытывающему счастливое облегчение Гойлу, который сейчас крепко обнимал всхлипывающую супругу, было на все плевать, а Кэрроу внимательно изучали маггловский документ, поэтому мой пациент собрался с духом и признался: – Ты прав. Я уже много лет не могу нормально заниматься любовью со своей женой. В последние годы перед каждым соитием мне приходится принимать специальные зелья, а удовольствия – почти никакого. И с мечтой завести второго ребенка я давно успел распрощаться. Но как ты вообще это понял?
- Я – целитель, - спокойно ответил я, продолжая работать над духовной составляющей волшебника, убирая серого паразита и латая прорехи в структуре. – Я способен видеть болезнь.
- Целитель? – повторил Виктор, в сознании которого начала разгораться надежда. – А ты можешь излечить меня? Умоляю, Си… Джон, сделай это! Я все, что угодно отдам, только верни мне мою силу!
Мысленно поздравив себя, причем не только с тем, что Крэбб угодил в примитивную психологическую ловушку и теперь окажется в списке моих должников, но и с подтверждением гипотезы о массовом воздействии на потенцию сторонников Лорда, я твердо заявил:
- Хорошо, я запомню твои слова.
