- А-а… Разумеется, стопроцентной гарантии я дать не могу. Однако мое духовное зрение не демонстрирует наличие посторонних сущностей в этом ангаре. К тому же, я полдня провел в прихожей и наверняка заметил бы, как внезапно открывается дверь пустующего пространственного кармана.
Ради перестраховки я еще раз внимательно оглядел расширенное пространства нашего схрона, однако никаких «гостей» так и не обнаружил. Зато увидел нечто странное – одна из рунных цепочек начала блекнуть. Пробежавшись взглядом по ней, я быстро нашел причину. Зелья Мальсибера из разбившихся колб оказались настолько едкими, что начали растворять металлическую поверхность пола, повредив один из символов. Да вашу ж мать!
Помогая себе магией, я пулей метнулся к столу с трудами нашего экспериментатора. Точным «эванеско» уничтожил ядреную кислоту вместе с осколками стекла, после чего аккуратно восстановил поврежденный участок, вернув магической цепи целостность и дополнительно укрепив ее руны целительской силой. Для этого пришлось использовать собственную кровь, ибо соответствующего зелья под рукой не оказалось. Закончив, я еще раз внимательно изучил структуру магической сетки, но больше ничего опасного не обнаружил. Разве что переполнившиеся накопители на двери – все же во время разборок мы с джинном выплеснули в пространство много энергии, а собирать я додумался ее не сразу.
- Что случилось? – поинтересовался изрядно обеспокоенный Руквуд, не проронивший ни звука, пока я занимался «ремонтом».
- Рунная сеть ангара едва не разрушилась, - ответил я, прогулявшись к двери и забрав из кристаллов на ней немного силы.
Пояснять, что именно я имел в виду, не пришлось. Август увидел выеденную кислотой каверну в металле и быстро догадался, что именно там располагался один из узлов пространственных чар. К слову, Мальсибер действительно гений зельеварения! Ведь, по идее, поверхности ангара не подвержены физическому воздействию, поскольку находятся за границей расширенной области. Однако едкая дрянь Джакомо не просто преодолела этот рубеж, но и атаковала магическую цепочку, работая на совершенно ином, энергетическом уровне!
Ощутив ужас бывшего невыразимца, который тот испытал после моих слов, я сам едва смог отогнать нарисованную разумом картину, как нас вместе со всеми книжными коробками, сундуками, мебелью, зельями и прочим добром сжимает безжалостная реальность, пытаясь вместить в истинном объеме морского контейнера, а сам многотонный металлический короб внезапно возникает посреди жилого дома, попутно снося стены и сплющивая тех, кому не повезло оказаться рядом. А ведь я заметил неладное в самый последний момент! Еще бы пяток секунд, и чары точно рухнули бы!
Чувствуя, как на голове начинают шевелиться волосы, я поспешил сосредоточиться на вливании магии в супружеские каналы.
- Знаешь, Сириус, похоже, я не голоден, - хрипло сообщил Август. - Так что, с твоего позволения, приступлю к изучению нашей добычи прямо сейчас.
- Будь осторожен, - попросил я волшебника и открыл шестую бутыль с кровью.
Души моих любимых продолжали неспешное преобразование. И хотя я догадывался, что могу его ускорить, применив трансфигурацию, но предпочитал не вмешиваться в процесс. Тем временем Руквуд доставал из пространственного артефакта индийские ценности. Причем маг не стал возиться с осторожным извлечением добычи, а просто перевернул сундучок и принялся вытряхивать его содержимое на пол ангара.
- Ты что творишь? – возмутился я, оглядывая огромную кучу монет, украшений, посуды и холодного оружия, успевшую высыпаться из артефакта.
- Решил сэкономить силу, - опустив сундучок, ответил Август. – А что?
- Что? А ты не подумал, что в индийской коллекции древностей может попасться какая-нибудь хрень, которая окажется еще более разрушительной, нежели кислота Мальсибера?
Судя по вытянувшейся физиономии волшебника и вернувшемуся в его эмоции ужасу, подобная мысль в голову бывшего невыразимца не приходила. Тяжело вздохнув, я вспомнил, как Трэверс восторженно рассказывал о паре массивных золотых тронов, которые Пожиратели с трудом запихнули в палатку, я развернул упомянутый туристический артефакт и заглянул внутрь, ни на миг не прекращая передачу магии супругам.
Основную часть гостиной занимал толстый ковер из драгоценных украшений, посуды, каких-то гобеленов и даже свитков пергамента. Правительские кресла из драгоценного металла, стояли рядом со входом и действительно оказались тяжелыми - не меньше четырехсот кило каждое. С трудом вытащив их наружу, я воспользовался трансфигурацией, превращая реликвии ушедшей эпохи в широкую ванну на прочных ножках, на дне которой лежали куски бархатной ткани, набивка и драгоценные камни, которыми еще недавно были украшены троны. Указав на огромную чашу Руквуду, я сказал:
- Вот так будет намного безопаснее.
