Преобладающие ветра были главным образом северные или южные, всегда вдоль реки. Однако по форме и направлению перистых облаков можно было судить, что в более высоких слоях атмосферы, особенно там, где пустыня ближе всего подходила к реке, над Ганги-Пекаварской областью, воздушные потоки часто были направлены строго на восток. Поэтому именно Пекавар был выбран местом для подготовки и отправки воздушной экспедиции. Сначала воздушный шар будет дрейфовать к югу, но, поднявшись выше, войдет в воздушную струю восточного потока. (В сотне лиг дальше к югу на большой высоте проходили воздушные течения через пустыню на запад. А это хороший шанс на возвращение, которое зависело еще и от того, что за страна будет обнаружена по ту сторону пустыни. Принимая это во внимание, пустыня в конечном итоге открывала путь для освоения новых территорий).
— Отпустите их, пусть летят! — высказывались некоторые члены гильдии реки. — Дайте им снаряжение! Дайте им запустить этот воздушный шар! Они никогда не вернутся из пустыни. Но, вероятно, это просто пустыня, и за ней больше ничего нет. Тогда наши искатели приключений могут погибнуть — храбро, трагически и глупо. А воздушные шары упадут в цене.
Работы над сооружением большого шара уже велись, а храм реки еще не вынес вердикт. Тем не менее неофициально гильдия и храм были едины во мнениях по одному пункту. Если воздушный шар все-таки полетит, юная Йалин из Пекавара должна стать членом его экипажа. Ее упрямство непременно должно получить благословение ее же гильдии.
Саму Йалин назначили участником экспедиции, даже если она была бы вынуждена уйти в «мокрое увольнение» — как она своеобразно называла оставление судна посреди рейса (что, без сомнения, буквально означало упасть на дно реки, к жалоносцам, и обрастать там ракушками и водорослями). Ее друг, Наблюдатель Хассо, пообещал лететь с ней. И второй ее друг, гончар Тэм, тоже пообещал. Тэм уже использовал свою единственную возможность войти в реку, для того чтобы доплыть до Пекавара и поработать с уникальными местными сортами глины (а может быть, он совершил этот романтический, донкихотский поступок в погоне за Йалин). На судне, прибывшем из Веррино, он столкнулся с Хассо, и эти двое скоро стали так близки, как два ломтика хлеба, прослойкой масла между которыми была Йалин. Может быть, это было безрассудное братство, потому что рано или поздно масло должно растаять с одной или другой стороны.
Но Йалин не знала, что хотя гильдия реки охотно благоволила ее мечтам о полете через пустыню — даже до такой степени, что публично объявила о ее назначении, — то лишь потому, что Йалин для них теперь значила очень мало. По сути, в этом заключалась ее ценность. Короткая карьера Йалин уже была отмечена различными неприятными ситуациями, такими как случай на празднике лесных джеков, когда она просто сваляла дурака, или в Порту Первый Приют, когда она поддержала партию охотников за сокровищами, которые, в полной уверенности, что под Обелиском Корабля зарыты редкие богатства, сделали подкоп под Обелиск и едва не повалили его. Правда, она была отважной и сильной и даже прилежной, но подобные инциденты практически гарантировали, что в какой-то момент — метафорически или буквально — она может проткнуть баллон. Если шпионы гильдии не лгали, Йалин скорее всего станет причиной ссоры двух участников экспедиции, которые будут ревновать ее друг к другу.
Вот поэтому гильдия отправила Йалин с кратковременной предварительной миссией в Мужской Дом Юг в качестве общей любимицы и главной посудомойки. Уповая на Богиню, надеялись, что она не втянет экспедицию в какие-нибудь серьезные неприятности. Ей пришлось смириться со своей абсолютно бесполезной ролью — там, куда они направлялись, к «крошкам» относились с презрением. (И если она и вляпалась в неприятную ситуацию, то хотя бы явила собой пример независимо настроенной особи женского пола.) Посылая ее, гильдия тем самым свидетельствовала, что Йалин заслуживает того, чтобы стать участником экспедиции, которая впоследствии станет пропавшей…
Несколько дней спустя после того, как «Голубая гитара» пришвартовалась у причала в задымленном Гинимое, Йалин вызвали в храм реки. К этому времени лидеры миссии уже имели возможность обсудить итоги своего путешествия на закрытом собрании. Йалин явилась в храм. Ей было немного тревожно, но держалась она дерзко.
Причина ее дерзости была в бриллианте, который она теперь носила. Наверное, в нем, хотя полной уверенности у нее не было. Кольцо моментально стало ее талисманом. Тайно надетое ей на палец бесстыдным Сыном, кольцо теперь превратилось в счастливую находку, приносящую удачу; а почему бы и нет?
А причины для тревоги у нее были. Именно в тот день, когда «Голубая гитара» прибыла в Гинимой, Йалин интервьюировал мужчина из «Гинимойского бюллетеня», местной газетенки.
