— Да… здешние рынки плохо справляются с контролем продукции. Самые подходящие ингредиенты они запретили продавать, но их можно заменить, — Ричард покачал головой, хрустнув позвонками и горделиво приподнял подбородок. — Теперь тебе хватит драконьей ярости, чтобы подорвать целый город, если пожелаешь.
Нико повернул голову и переглянулся с Луиджи, его воспитанник только пожал плечами.
— Что ты собрался делать!? — крикнул Нико.
— Мне нужно восстановить ногу. Я вернусь в Уасет, они хорошо справились с рукой Лу, — Диармайд посмотрел на Нико. Учитель не смог выдержать его взгляда. Созданный Нико монстр одновременно пугал его и восхищал. Такой поразительный рост силы портил характер парня, но это было ожидаемо.
— Ты должен знать… — когда Мелисса заговорила, Луиджи неодобрительно на неё глянул. Девушке достаточно было только многозначительно выгнуть бровь, чтобы заставить Луиджи проглотить несказанные слова. — Из-за того что меджаи продолжают утверждать, будто фараон до сих пор проводит какой-то ритуал и никого к нему не пускают, скоро должна будет состояться встреча между оппозицией и провластными силами в Каире. Больше Амену не позволят творить всё, что ему вздумается. Он и так уже за пределами дворца почти не показывается, а кланы начинают стягивать свои силы к столице. Скоро Египет взорвётся.
— Нам же лучше, — оскалился Диармайд, — не придётся бегать по пустыне за Сыном Гора. Вы останетесь в Каире, а я с Николь поеду в Уасет. Разузнайте всё что можно о грядущей встрече. Возможно мы воспользуемся ею, чтобы добраться до лотоса и начать заварушку в стране. Пришло время заявить на весь мир о Чёрном Рассвете.
— Мне нужно умыться… — каждый шаг Диармайда отзывался стуком льда по паркету. Он зашёл в просторную ванную и открыл кран с горячей водой. Из-за контраста прохлады его тела и теплоты воды — быстро запотели большие зеркала. Диармайд провёл рукой по стеклу, оттерев влагу и начал всматриваться в свое отражение. Он никак не мог налюбоваться собственными глазами. Осознание силы, скрытой в них, приносило ему почти физическое удовольствие. Всматриваясь в свои узкие зрачки он провёл пальцем по скуле, месте, куда Николь его ударила. От пощёчины там не осталось и следа. Его сердце билось спокойно и медленно. Ещё немного, еще чуть-чуть.
— Он изменился, но не понял этого, — Нико повернулся к шкафу, где спряталась Элизабет.
— Да, он не осознаёт, насколько по настоящему силён, — необычно спокойно и сдержанно ответила де Пейн. — Его глаза теперь невероятно сильны. Черт, Нико, он убил мага воздуха девятого ранга, как сопливого мальчишку.
— Ты уверена, что он не прорвался? У парня такое количество маны, что… — Нико просто запнулся, он не мог подобрать подходящих слов, для сравнения, — это точно не уровень девятого ранга.
— Да, уверенна. Он стал сильнее, но больше всего за наше путешествие возросла мощь его глаз. Я не слышала о чём-то подобном даже среди аватаров. Это мутация… она необычная, Диармайд внушает слишком сильный страх, он даже на превосходящих его по силе магов действует, а это… — голос Элизабет звучал необычно встревоженно. — Ах да, он умолчал про магию смерти, теперь ею он владеет не хуже, чем водой. Похоже дурманящий сон возле деревца пошёл ему только на пользу. Кристалл сроднился с телом парня.
— Диармайд… — когда Николь заговорила, все удивлённо посмотрели на неё с таким видом, словно мебель внезапно ожила. — Я уже давно заметила — с ним много чего происходит и не потому, что он неудачник или что-то в этом роде, он сам ищет проблемы, сам влезает в опасные ситуации и они приносят ему пользу в том или ином виде.
— Это да… — Луиджи впервые заговорил, после рассказа Диармайда, — лишь бы он нас не похоронил под весом своих амбиций.
Николь спала рядом с Диармайдом. Одеяло поднималось и опускалось в такт её дыхания. Тонкий шёлк повторял соблазнительные изгибы её хрупкого тела, её золотисто-платиновые волосы растеклись по подушке, лакированное изголовье кровати отражало нечёткое изображение лица.
Диармайд потянул руку к её шее, она казалась такой тонкой… Он провёл пальцем по её коже. Девушка зашевелилась во сне и повернулась на бок, положив правую руку на него. Диармайд ощутил жар тела. Он расслабился и громко вздохнул, нежно погладив Николь по волосам.
Что она значит для него? Кто она: попытка казаться нормальным, влиться в мир, или просто нужда удовлетворить свою похоть? Собственные эмоции — это так трудно. Диармайд ни в чем так сильно не путался, как в своих мыслях. Они травили его, гноили заживо как и смерть, которую он несёт в этот мир.
Парень осторожно освободился из плена, оделся и вышел из комнаты. Была ночь. Свет города тушил звёзды Каира, вместо них темноту разгоняли иные огни, рукотворные.
— Диармайд? Не спится? — красный уголёк на конце сигареты загорелся. Из её алых губ вытекла молочно-белая река дыма.
— Курить вредно Мел, — Диармайд перегнулся через поручень балкона и потянулся руками к земле.
