Выйдя из приёмной в коридор, он не торопясь пошёл вниз по лестнице в подвал. Штаб-квартира их организации, насчитывавшей более тысячи сотрудников, уже около двух месяцев располагалась в своём, отдельном от всей остальной Управы здании. "Чёрный Легион" становился всё более и более самостоятельными, хотя теоретически продолжал находиться в подчинении Конторы. "Ладно, - подумал вот уже в который раз Борис, - Здание своё, форма своя, задачи, в принципе, схожие, но со своей спецификой. А там посмотрим. Всё-таки Вениаминыч был гений."
Он спустился в подвал и жестом приказал стоявшему на посту легионеру открыть дверь, предъявив пропуск. Хоть он и начальство, но орднунг, в смысле порядок, един для всех без исключения. Легионер отмахнул рукой приветствие и загремел замком. Борис оказался в длинном глухом коридоре, в стенах которого не было ничего, кроме кучи массивных железных дверей. Подойдя вместе с легионером к двери под номером тридцать пять, он остановился: кроме караульного никто, даже сам Господь Бог, не имеет право их открывать.
Легионер открыл дверь камеры и Борис вошёл внутрь. Там посреди камеры стоял Рэм, напротив которого сидел арестованный, нагловатого вида парень лет тридцати. Он сидел на стуле, который вместе со столом и ещё одним стулом, был единственной находящейся в камере мебелью. Одет парень был - сразу видно, не из бедной семьи.
На звук открываемой двери Рэм обернулся и приветственно махнул Борису в направлении второго стула: садись, мол, начальник, а я постою. Мне работать надоть. Борис молча присел и стал наблюдать происходящее.
- Ну, засранец, вот тебе и присутствие начальника! Будем на вопросы отвечать правдиво, или как? - продолжил беседу с арестованным Рэм.
- А начальника мало, - язвительно ответил засранец, - Я требую адвоката!
- Чего!? Я не ослышался? Кого ты, гадёныш, требуешь? - прошипел Рэм, - Ты, голуба, видать, не въехал, куда попал.
Борис вмешался в ход поучительной беседы:
- За что он тут?
Рэм обернулся и ответил:
- Старая, как мир, история. Он на паях с ещё одним козлом заключил где-то в Забугорье договор о том, что вывезет и захоронит кучу всякого токсичного говна. Бабло получили от буржуинов, лицензию на занятие этим какая-то сволочь им накатала, естественно, не бесплатно... Говно привезли к нам и захоронили. Методом выливания и высыпания на ближайшей от города свалке. Вот и всё.
- А вы это ещё докажите! - вякнул арестованный, - Как там с презумпцией невиновности?
- Постой, постой! - заинтересовался Борис, - А к нам-то его зачем?
- А по троечке, - хмуро сказал Рэм, с ненавистью глядя на парня, сидевшего нога на ногу.
Борис хмыкнул. На их жаргоне "по троечке" означало, что доказательств на задержанного маловато, но не смотря на это, в свете "Указа о повышении мер по борьбе с коррупцией и оргпреступностью" дело закрывать нельзя и поэтому засранца передали к ним в организацию, чтобы они, грешные, не пряником, так кнутом, но выбили бы из него показания. Им можно, у них руки развязаны. Крайняя мера, конечно, но случай не типичный. А Контора вынуждена работать в режиме соблюдения законности. Поэтому жрите его, господа легионеры, хоть поедом, но чтобы заговорил. Правда, судя по наглому тону паразита, Рэм ещё не применял к нему методику допроса третьей степени. Видимо, ждал Борисова одобрения, хотя бы и молчаливого. Борис потянулся и сказал с отсутствующим видом:
- По "троечке", так по "троечке".
Рэм ехидно улыбнулся и переспросил у оглоеда, провоцируя:
- Так про какую ты там перпузцию заикнулся?
Парень снисходительно усмехнулся и ответил, явно красуясь своим превосходством над этим солдафоном в эсэсовской форме:
- Презумпцию. Презумпция - это...
- Умный? - прервал его лекцию по юриспруденции Рэм.
- Ну...
- Телевизор смотришь? - продолжил Рэм, потихоньку приближаясь.
- Конечно, - забеспокоился тридцатилетний оболтус, почувствовав неведомую угрозу в этих вопросах.
- И рекламу? - Рэм остановился прямо напротив арестованного.
- Ну... иногда...
- А рекламу "Airwaves" помнишь?
- "Аэроволны", что ли? - переспросил окончательно сбитый с толку пациент.
- Ага. Как там она звучит? "Давно не захватывало дух?" - таинственно поинтересовался у него Рэм.
- Чего??? - обалдело посмотрел на Рэма тот.
- "Тогда попробуй это!!!" - заорал Рэм и изо всех сил въехал тому в поддых. Дух у того захватило по полной программе, покруче, чем у тех идиотов в рекламных роликах и явно надолго. Арестованный полетел кубарем со стула, схватившись рукой за солнечное сплетение и безуспешно пытаясь схватить ртом хоть глоток воздуха. Стоя над ним, Рэм закончил словами:
- Это были новые "Аэроволны" с ментолом, для дыхания. Может, хочешь ещё новые "Аэроволны" со вкусом мёда и лимона? Они для горла.
Парень, дыхание у которого теперь полностью восстановится не скоро, отчаянно замотал головой, справедливо полагая, что ещё одних "Аэроволн" ему сейчас просто не выдержать.
- Вот видишь, шеф: "свободное дыхание быстро и надолго", - удовлетворенно кивнул Борису в сторону корчащегося на полу в углу клиента, - Будешь теперь сам говорить, или дальше ругаться будем?
