Его сморщило и отпустило, только когда он занюхал и потом съел половинку свежего огурца. Максим долго настраивался, борясь со спазмами желудка, наконец настроился и выпил. По желудку растеклось тепло, и спустя минуту стало намного лучше.
– Как? – поинтересовался Валера.
– Помогло, – признался Максим.
– Давай повторим для продолжительности лечебного эффекта. – Валера снова наполнил стопки. – Ну, желаю, чтобы эта херня скорее закончилась.
Он махнул залпом вторую рюмку, сморщился, закрыл глаза и зашарил руками по столу, нащупывая, чем бы закусить. Под руку снова попался недоеденный огурец. Валера смачно захрустел им и открыл глаза.
– Чего ждешь? Пей, – укорил он Максима, будто тот отказывался от настоящего лекарства.
Максим выпил, надеясь, что ему станет еще лучше. Алкоголь на самом деле немного задвинул назад переживания, в особенности касающиеся судьбы родителей.
– И по третьей, чтоб не как на похоронах, – Валера снова наполнил стопки.
Теперь уже Максиму подумалось, что его сосед обычный алкоголик, который нашел прекрасный повод напиться. Третья стопка показалась ему лишней. Во рту и горле еще стоял синтетический вкус алкоголя, от него хотелось скорее избавиться, а не добавлять еще. Валера выпил и третью рюмку, закусил «жопкой» огурца и завертелся на месте.
– Надо идти на дело, припасы добыть. Водочка заканчивается, да и пожрать бы чего не мешало запасти на месяцок хотя бы.
– А куда идти за ними? – поинтересовался Максим.
– Как куда? – по-пьяному усмехнулся сосед. – Да в любой дом, где людей нет. Чего добру пропадать?
– Может, рано еще по домам лазить? Мы ведь точно не знаем, погибли люди или нет. Вдруг они все вернутся, а мы обокрали их дома. Я пока морально к этому не готов.
– Тх-х, – прыснул Валера. – Слабак. Все поколение ваше такое, ни рыба ни мясо. Ты не возьмешь, а другой придет и возьмет, пока разбираешься со своей сомнительной моралью. Держись меня, и будешь в шоколаде. Я научу, как надо действовать в экстремальных условиях. Пей, – он требовательно придвинул к Максиму наполненную стопку.
– Я не хочу, – Максим отказался. – Не лезет больше.
– Слабак, – лицо Валеры скривилось от отвращения. – Пропадешь и ты скоро.
Он взял стопку, которую предлагал Максиму, и сам выпил ее.
– Идешь? – снова спросил он.
– Нет. Спасибо за гостеприимство, но я пойду домой. Не перепутайте, меня грабить не надо. – Максим поднялся из-за стола.
– Не ссы, пацан, солдат ребенка не обидит. Меня можешь не бояться. Продолжай выть, как голодный волк на луну.
Максиму стало жутко неприятно выслушивать пьяные оскорбления. Он развернулся и покинул дом Валеры. Вышел на улицу и посмотрел в обе стороны. Ничего интересного, кроме пары застывших машин на ней. Вдруг ему почудилось, что кто-то смотрит ему в спину. Максим обернулся. В проеме окна дома, где жил Валера, во весь его размер натянулось черное полотно экрана. Только по нему не показывали кино, оно больше напоминало портал в иной мир, за которым существовало что-то жуткое, инородное. Возможно, это Максим был персонажем фильма для зрителя по ту сторону экрана, и тот жаждал получить свою порцию страха.
Максиму удалось стряхнуть с себя наваждение силой воли. Чернота исчезла. Вместо нее появился Валера.
– Чего вылупился? – спросил он, приоткрыв окно.
– Ничего. – Максим развернулся и исчез за калиткой.
В отличие от соседа, никаких планов на будущее у него не было. Максим послонялся по двору. Чтобы не зря тратить время, полил грядки с овощами, набрал воду во все емкости. Домой заходить не хотелось. Там слишком много темных мест, в которых мог притаиться мрак. Не хотелось провоцировать себя.
Он проверил отцовскую машину. Ключ находился в замке зажигания. В багажнике лежали две сумки. Он открыл, чтобы проверить их. В одной оказались продукты, в другой одежда. Видимо, родители надеялись сбежать от своего страха, и им хватило силы воли, чтобы подготовиться к этому. Максим повернул ключ. Стрелка уровня топлива встала на максимальную отметку. Это неудивительно. Отец отличался в этом плане крайней щепетильностью. У него было два положения стрелки уровня топлива. Когда она находилась посередине, это значило, что бак почти пуст, и отец начинал нервничать. Ну и когда она упиралась в край разметки, он чувствовал удовлетворение.
В рюкзаке, который родители не успели донести до машины, оказались продукты и кое-какой инструмент: молоток, отвертки, пила, топорик. Родители словно собирались в поход, в лес. Максим отнес рюкзак в машину и закрыл ее. В случае если планы внезапно изменятся и он решит удирать, все должно находиться наготове.
Максим зашел в дом. Слабость давала знать о себе. Нестерпимо захотелось спать. Прежде чем уснуть, он открыл окна, закрыл покрывалом зеркало, предполагая, что тьма захочет использовать отражение против него. Включил свет и телевизор. На дачах ловились только десять эфирных каналов, из них только два были информационными. Максим пощелкал между ними, но особой разницы не увидел. Большая часть роликов про исчезновение была одинаковой.
