- Дела-а... Видишь ли, Олег Михайлович... Фирма - знакомая! Когда-то они тоже, как и мы, под крылышком у Старого были. Потом, говорят, по наследству перешли к его преемникам...
- Как и вы?
- Не надо таких вопросов задавать, ладно? Договорились же!
- Извини, - Савицкий поспешил загладить допущенную оплошность:
- От исполнителей требовалось вполне конкретно: "повиснуть" на служебной линии из кабинета Зайцева, на твоем телефоне и на телефоне Белого.
- Только три?
- Самые основные. Наверное, вполне достаточно.
- Вот, значит, как... - начальник службы безопасности в раздумье закусил губу. - Значит, что же получается? Что "прослушку" этим идиотам, частным сыщикам, заказали наши же бандиты?
- Ваши? - С невинным видом переспросил Савицкий.
Но собеседник только отмахнулся - оба понимали, о чем идет речь.
Свято место пусто не бывает. После гибели Старого его "хозяйство" неминуемо должно было перейти - и перешло, разумеется, - под новую или просто чуть обновленную "крышу".
- Ваши, наши... Ерунда это все! Костя-покойник, например, у меня работал, а этот твой... товарищ по кабинету - в уголовном розыске трудится. Но раньше кем они были? То-то! Братва, "правильные пацаны"...
- Ну, насчет Блинова я тебе обещал. Помнишь? - Тема предательства интересов службы была для Олега Михайловича болезненной, но уходить от неё он себя считал не в праве. - Разберемся. Уже, в общем-то, разбираемся... По полной программе!
- Ладно, верю. Все, до встречи, а то здесь парковаться нельзя - знак висит.
- Счастливо! Спасибо, что подвез. - Савицкий подал собеседнику руку и выбрался из машины.
Когда он уже стоял на асфальте, пропуская несущийся в обе стороны вдоль Невы транспорт, из-за опущенного бокового стекла высунулось лицо начальника службы безопасности:
- Слушай, Олег, а как ты думаешь... Почему их не заинтересовал телефон Полищука?
* * *
Тюремный воздух нельзя спутать ни с каким другим. Тот, кто хоть раз побывал за стенами следственного изолятора, уже никогда не забудет неистребимо вязкий, тошнотворный, какой-то даже липкий запах людских выделений, страха и отвратительной пищи. Кажется, этим запахом насквозь и навечно пропитано все - так, что даже бумаги из кабинета оперативной части трудно было взять в руки без ощущения нечистоты и заразности окружающего.
- Так, минуточку... Прошу! - Первым делом Савицкий извлек из портфеля бутылку "смирновской". - Презент.
Хозяин кабинета, старший лейтенант со смешной фамилией Хойло, кивнул без удивления и вполне одобрительно - и потянулся за стаканами:
- Сам-то будешь?
- Нет, спасибо. Мне ещё в Главк сегодня идти, на доклад.
- Ладно. Тогда - в следующий раз.
Хозяин не настаивал, и Олег с облегчением перевел дух - обижать собеседника не хотелось, но врожденная брезгливость вряд ли позволила бы ему пить водку и закусывать в подобном месте.
- Это что у тебя такое? Вобла?
Вслед за бутылкой Савицкий вытащил продолговатый шуршащий сверток:
- Цветы.
- А зачем?
- У неё день рождения сегодня. Дама все-таки...
- Круто, - старший лейтенант с уважением посмотрел на гостя. Появившиеся на столе вслед за этим две шоколадки, лимонад и пачка сигарет такого впечатления не произвели, и дождавшись, когда Олег щелкнет замками портфеля, тюремный опер поинтересовался:
- Очень нужна?
- Пока не знаю, - честно признался Савицкий. - Посмотрим.
Больше хозяин кабинета вопросов не задавал - в конце концов, у каждого своя работа, от собственных секретов голова пухнет:
- Сейчас, приведут её. Располагайся. Часа тебе хватит?
- Спасибо, наверное. Как карта ляжет!
- Я у ребят, в соседнем кабинете буду. Нажмешь на эту кнопку, если что.
- Спасибо, - повторил Олег. Раньше они никогда не встречались, но общих знакомых было много, поэтому Хойло принял гостя, как своего, по всем правилам оперативной этики.
- Вот, посмотри пока...
Первое, что увидел Олег, открыв оставленную старшим лейтенантом папку, была фотография женщины лет тридцати:
- Репина Елена Юрьевна...
Даже на черно-белом "тюремном" снимке выглядела она чертовски мило и привлекательно: черные волосы до плеч, большие глаза, чувственные губы... Не удивительно, что многие представители "сильного пола" теряли при виде такой красавицы сначала бдительность и осторожность, а вслед за этим содержимое своих бумажников.
Собственно, ничего принципиально нового из личного дела гражданки Репиной оперативник не узнал. Когда-то Елена Юрьевна работала официанткой, потом устроилась крупье в только что открывшееся казино на проспекте Энергетиков. Оттуда перешла на повышение, администратором в престижную и шикарную "Ривьеру". Но что-то у неё там не заладилось с начальством - то ли не дала, кому надо, то ли наоборот, дала, но кому-то не тому... В общем, выгнали.
За год с небольшим, прошедший после увольнения, красавица умудрилась скатиться на самое дно - сначала мелкие административные нарушения и приставание к иностранцам, потом "травка", пьяные дебоши в игорных заведениях и ресторанах. В конце концов, арестовали её за соучастие в мошенничестве и вымогательстве.
