Воложский район я знала не так хорошо, как центр Тарасова, а Вяземская улица находилась и вовсе едва ли не на самой окраине города. Добираться туда было долго, даже несмотря на то, что я ехала по дороге без заторов, все равно потратила почти час, пока добралась до нужного мне места. Уже темнело — часы показывали начало шестого, стало заметно холодать. Похоже, ночью вообще будет минусовая температура, а с учетом отсутствия снега казалось, что воцаряется жуткий холод. Хорошо еще, что дома были пронумерованы, иначе нужное мне здание я искала бы долго.
Все дома походили друг на друга — старые, неказистые, обшарпанные. Я была уверена, что подобные строения давно предназначены под снос, вот только торопиться с этим никто не желает. Наверно, администрация нашего города ожидает, что дома простоят еще полвека — ну а если начнут разваливаться, тогда, глядишь, жильцам предоставят другие квартиры.
Дом под номером тридцать шесть на первый взгляд ничем не отличался от своих соседей, однако при ближайшем рассмотрении я увидела, что стены сейчас выглядят не такими убогими, как на фотографии в каталоге, а все окна целые, рамы покрашены. Похоже, пластиковые, подумала я про себя. Может, помимо ремонта семнадцатой квартиры заодно и окна обновили? Фасад вот подлатали, стало быть, дом в обозримым будущем под снос явно не пойдет. Иначе зачем там делать перепланировку? Напрасная трата времени, денег и сил.
Я вышла из своей «девятки» и, накинув капюшон на голову, быстро подошла к подъезду пятиэтажки. Даже домофон есть — хорошо, что не кодовый замок, а то мне пришлось бы долго мерзнуть на холоде, подбирая код. Я решительно набрала номер «семнадцать» и принялась ждать ответа. К счастью, дома кто-то был — вскоре раздался детский голос:
— Кто?
— Меня зовут Татьяна Иванова, я журналист газеты «Тарасовские вести», — громко представилась я. — Скажи, твои мама или папа дома? Кто-нибудь из взрослых есть?
— Мама с папой на кухне, ужин готовят, а мы со Светкой мультики смотрим по телевизору, «Смешариков»! — тут же выложило мне всю подноготную бесхитростное дитя. — Вон, мама идет! Мам, тут тетя какая-то пришла, с газетой!
— Кто там? — строго спросил взрослый женский голос. Я повторила свою легенду, однако женщина не очень хотела впускать в квартиру незнакомую гостью.
— А по какому вы поводу пришли? — настороженно поинтересовалась она.
— Я веду рубрику «Квартирный вопрос», — сочиняла я на ходу. — Езжу по адресам квартир, которые недавно были отремонтированы, беру интервью у жильцов, а потом пишу обзор наиболее удачных стилей. Ваш дом значится в моем списке — если я не ошибаюсь, в вашей квартире недавно проводился ремонт?
— Да, все верно, — немного смягчилась женщина. — А что, сейчас кто-то читает газеты? Я думала, все давно о новостях из Интернета узнают.
— Именно поэтому мы делаем все, чтобы наше издание пользовалось спросом у жителей Тарасова, — пояснила я. — «Тарасовские вести» — довольно известная газета, и мы создаем новые рубрики, которые удовлетворяют интересам населения. В последнее время много людей проводят ремонт, и им важно знать, какой дизайн интерьера сейчас в моде, что лучше выбрать и какому мастеру доверить перепланировку. Но будет лучше, если я все объясню не по домофону, это довольно долго…
— Хорошо, открываю, — милостиво согласилась дама меня впустить. Раздался протяжный заунывный звук, и я открыла дверь.
А вот лифта в доме не было — на второй этаж я поднималась на своих двоих. В принципе, это неудивительно — ведь это не девятиэтажный дом, хотя если на пятом проживают какие-нибудь старички, совершать подобные физкультурные подвиги для них весьма проблематично. Что ж, будем надеяться, что на верхних этажах живут лица помоложе — раз, в самом деле, никто не возмущается по поводу отсутствия лифта.
Дверь мне открыла женщина средних лет, одетая в темную водолазку и джинсы, поверх которых был повязан светлый фартук. Длинные светлые волосы женщины были забраны в тугой хвост, наверно, чтобы не мешали при готовке. Несмотря на отсутствие косметики, лицо ее не казалось блеклым — вполне яркие черты, красивые синие глаза. Сзади растерянно топтался мальчуган лет шести, который вроде как и стеснялся незнакомого человека, и одновременно испытывал интерес к происходящему. Из одной из комнат доносились мультяшные голоса — ребенок не врал, шли мультфильмы. Я сразу оглядела коридор — по внешнему виду он весьма подходил к интерьеру гостиной на фотографии в архитектурном бюро. Минимум мебели, светлые стены, на которых, правда, кое-где виднелись следы цветных фломастеров. Похоже, дети не считали отсутствие узора на обоях хорошим решением и успели внести свою лепту в украшение стен.
— Верхнюю одежду можете повесить на вешалку, — разрешила мне женщина. — Как, простите, к вам обращаться?
— Татьяна, — снова назвалась я. — А вас как звать?
— Ирина, — представилась молодая мать.
— А я — Олег! — продолжил процедуру знакомства ребенок. — А Светка мультики смотрит. А папа готовит, его Тимофей зовут!
