Наташа привыкла получать все, что захочет. Благодаря отцу она живет в достатке и лишь иногда воспоминания из детства заставляют морщиться от непонимания. В деревне ее считают отшельницей. Внучкой травницы, которая живет в молчании. Тому жалеют и одновременно боятся. Девушка знает в чем ее сила и готова следовать ей, ведь данное бабушке слово не рушимо. Роман должен отыскать, некогда утерянное, семейное наследие. Для этого придется переступить через собственные чувства. Парень не знает, что в поисках прошлого, найдет нечто большее. Что связывает, этих троих? Какие тайны им придется узнать и смогут ли они принять их.
Августовское солнце только появлялось на горизонте. Не торопливо и лениво, оно поднималось выше и выше, чтобы вновь согреть землю, уже не таким мощным как ранее, но от этого, еще более желанным теплом. Ночи становились холоднее, но дни оставались достаточно жаркими, хотя в воздухе и витал аромат предстоящей осени.
В другой день, не смотря на ранний час, табор бы уже проснулся. Но не сегодня. Лошади, словно стесняясь разбудить хозяев, но не в силах перебороть природу, тихо ржали. Собаки, услышав шорох, звонко лаяли и, через минуту забыв об угрозе, брели в поисках чего-нибудь съестного.
Оставляя позади место, где расположился табор, спотыкаясь о ветки и сучья, по лесу бежали двое. Они не оглядывались, но дабы быть уверенными, что их не догонят, боялись замедлить шаг, хотя уже выбились из сил.
— Постой! — девушка остановилась и, тяжело дыша, облокотилась о дерево. Обернулась и, не увидев среди деревьев просвет, измученно улыбнулась. — Если бы меня хватились, уже был бы слышен лай Найды. И… я бы почувствовала.
— Нана. Ты передумала? — осторожно спросил юноша.
— Нат! Нет, Андрей! Что ты!? — девушка испуганно отпряла от дерева и, охватив лицо любимого ладонями, заглянула ему в глаза. — Я никогда не откажусь от любви! От камам! Просто не смогу… жить без нее. Би миро! Без тебя! Даже зная, что никогда не получу благословения и….
— Это я во всем виноват, — спохватился парень. — Только я! Прости. Прости меня, что полюбил тебя всем сердцем. Прости, что заставил сделать выбор! — он сгреб любимую в охапку и крепко прижал к себе.
— Не кайся в том, в чем виноваты мы оба. Для камам нет ограничений, предрассудков и сословий. Она выбирает лишь тех, кто достоин испить ее сладостный и грешный вкус, — Нана на минуту замолчала и стихла в объятиях суженого, а затем отстранилась и твердо продолжила. — Веди меня! Веди туда, где будет мой новый дом. Где будет наш дом.
Они взялись за руки и двинулись вперед. Уверенным и быстрым шагом. Оставляя прошлое позади, и ступая в неопределенное, но полное надежд будущее.
Неугомонный будильник в мобильном не собирался замолкать. Раздраженно вздохнув, Наташа подсунула руку под подушку и, как только её пальцы коснулись экрана, мелодия стихла. Девушка помнила: сегодня планерка и опаздывать нельзя, но желания вставать от этого не прибавилось.
Помедлив несколько минут, она все же выбралась из постели и, по привычке взъерошив вьющуюся копну волос, направилась в ванную. Контрастный душ заставил организм проснуться, но сознание, после вчерашних посиделок, все ещё противилось настраиваться на рабочий лад.
— И зачем я потащилась в этот бар!? Ведь знала же… — Наташа посмотрела на себя в зеркало и скорчила рожу. — Ну и вид. Пора завязывать с гулянками среди недели.
Это наставление она говорила себе уже не раз, но как только намечалась подходящая компания и приглашение развлечься, быстро забывала о нем.
Собрав волосы в высокую, объёмную гульку, Наташа умело нанесла макияж и, деловито вздернув бровь, улыбнулась новому отражению.
— Так — то лучше!
Выскочив из ванной, забежала на кухню, щелкнула кнопку включателя на кофеварке и вернулась в спальню.
С вечера у нее всегда было все готово к завтрашнему дню. Начиная с одежды и заканчивая засыпанным кофе. Не смотря на ветреность характера, отцовское воспитание, в прошлом военного, не прошло даром. Привычка настолько въелась в жизнь девушки, что, даже вернувшись вчера домой не в совсем трезвом состоянии, она достала из шкафа чёрное строгое платье, демонстративно повесила его на дверцу, после добралась до кухни, загрузила кофе машину всем необходимым и только после этого, наспех умывшись, легла спать.
Делая жадные глотки, Наташа периодически мурлыкала от удовольствия. Ничто так не спасало утром, как чёрный и жгучий напиток. Девушка подошла к окну и, прищурив глаза, бросила взгляд на, красную «ауди», дожидавшуюся хозяйку в компании соседских автомобилей.
Через минуту удовлетворительно хмыкнув, Наташа отвернулась, опустила пустую чашку в раковину и поспешила выйти из дома, пока какой-нибудь умник, не загородил ей выезд.
Июнь в этом году выдался как никогда жарким. Утро еще радовало прохладой, но к полудню начинался солнцепек и, в этот момент хотелось находиться не в душном офисе, а где-нибудь на пляже. Хотя на рабочие условия грех было жаловаться. Фирма росла, процветала и не скупилась на качественные кондиционеры, хорошую мебель и навороченную технику.
Оказавшись в прохладном фойе офисного здания, Наташа в очередной раз мысленно поблагодарила отца за то, что он у неё такой удачный бизнесмен. Пусть ей не особо нравилось то, чем занималась его фирма, деревообрабатывающие технологии девушкам ни к чему, но жесткие условия: либо сама, либо его помощь и работа в офисе менеджером, не оставила выбора.
За пять лет она привыкла. Тем более напрягаться особо и ненужно было. Отец, как и обещал, во всем помогал, несмотря на то, что времени на дочь у него категорически не хватало.
