Бастиан кормил госпожу с ложки. Нокте могла есть только супы и подливки, с трудом пережевывая кусочки картофеля или мяса. Повар тратил много времени, чтобы как следует все перетереть. «Главное, ест», – радовался мужчина, утирая бывшей королеве рот, как когда-то своей маленькой дочери.
Агнес отвернулась от него, смахнула слезу. Ее руки дрожали, заштопанные полотенца падали на пол, и, прежде чем их поднять, женщина долго собиралась с мыслями. Ей и самой было тяжело наблюдать, с каким рвением Нокте ползла по песку, будто выброшенная на берег рыба, задыхаясь без воды. По вечерам, когда берег окутывал туман и тусклый свет зажженных фонарей не дотягивался до воды, Агнес видела Хаоса. Он выбирался на песок, оставляя позади волнистый след от плавников, хватал Нокте за запястье и подтягивал к воде, а после брезгливо одергивал руку и отплывал. Но вновь возвращался, когда девушка переворачивалась на спину, устремив взгляд в небо.
Лучше всего ее исцелял горячий источник, в котором она часами могла лежать, положив голову на свернутую валиком простыню.
В день отъезда Нокте прочно стояла на ногах, придерживая вялую левую руку, пока Агнес следила за приготовлением кареты.
Их кучером был крепкий старик, по глаза закутанный в шарф. Поднятый воротник закрывал уши от ветра, на голове темнела засаленная треуголка. Черные жеребцы били копытами о каменную дорожку, пока Нокте не заняла место на продавленных подушках. Агнес устроилась напротив, задвинув корзину с провизией под сиденье и стукнув тростью о потолок.
Кони призывно заржали, засвистел кнут, и со скрежетом карета тронулась. Бастиан провожал их, стоя у окна башни, активно помахивая снятым передником.
Задернув занавеску на окне и укрыв колени госпожи пледом, Агнес проговорила:
– На границе с югом мы ненадолго остановимся, сменим лошадей и двинемся в столицу. Я отправила письмо одному человеку, и он обещал проводить нас до города. Мало ли на какой сброд мы нарвемся, лучше обезопасить себя.
Девушка слабо кивнула.
– Не верю, что на юге нет разбойников, слишком уж сказочно звучит. Якобы в Вайле все живут припеваючи, – проворчала служанка.
Под ее болтовню Нокте не заметила, как провалилась в сон, просыпаясь лишь для того, чтобы напиться воды и вновь уснуть. Делая короткие остановки на небольших постоялых дворах, они добрались до границы на шестой день.
На рассвете Нокте одурманил теплый воздух юга. Море здесь пахло острее, пробуждая аппетит и желание плавать.
– Остановимся на несколько часов, переведем дух, разомнемся. – Агнес проворно выбралась из кареты, будто помолодев на несколько лет. Ее горбатая спина слегка выпрямилась, на лице разгладились морщинки, а волосы под чепцом стали гуще. На короткий миг Нокте показалось, что она увидела другого человека.
«Чем ближе я к столице, тем явственнее тени прошлого проступают в лицах окружающих», – девушка взялась за протянутую руку кучера и ступила на землю, разминая онемевшие ноги и вдыхая воздух полной грудью. Старик давно снял шляпу с шарфом, расстегнул плащ, обнажив рваный шрам, тянущийся от подбородка до ключиц (когда- то на него напал серпенс, и лишь чудом мужчине удалось спастись, но он навсегда остался немым).
Кучер указал на Агнес. Служанка стояла под деревянным навесом постоялого двора и активно разговаривала с хозяином. Тот краснел, улыбался и кивал, напоминая довольного упитанного поросенка, которому посулили ведро аппетитных желудей.
Агнес обернулась к госпоже и поманила за собой. Кучер направился в сторону конюшни, из которой выглядывала четверка темно-коричневых жеребцов на смену.
В гостинице пахло запеченными яблоками с карамелью и пряным вином.
– Вам повезло, сейчас не сезон и у нас много свободных комнат. Если молодая госпожа желает принять ванную, я велю служанке принести воды. – Улыбчивый хозяин поклонился Нокте, но отчего-то не отводил взгляд от Агнес.
Служанка прошлась по небольшому залу с круглыми столиками, накрытыми кремовыми скатертями и украшенными глиняными вазочками с вереском, провела ладонью по спинкам стульев, будто проверяя, нет ли пыли, и довольно хлопнула в ладони.
– Ванную для госпожи, милейший! И подай завтрак, а ваши запеченные яблоки заверни нам с собой. Мы остановились ненадолго.
– Будет исполнено, Гретхен, позаботься о гостях! – подобострастно произнес хозяин и заторопился обратно в кухню, из-за двери которой выглядывала девушка с толстыми рыжими косами.
– Помяните мое слово, госпожа, стоит дать им почувствовать себя властителями мира, и они не только сдерут с нас деньги, но и накормят подгоревшим омлетом. – Агнес усадила Нокте за стол, расстегнула на ней плащ и бережно переплела волосы в косу.
Гретхен вынесла поднос со светлыми тарелками, кубками с дымящимся вином. От обилия ароматов у Нокте закружилась голова.
– Госпожа, придется поесть, нельзя вам голодать после болезни. Съешьте хотя бы вареное яичко и творожный пудинг, – взмолилась Агнес, отодвинув от девушки кубок с вином. – Милочка, принеси травяного чая с медом.
Гретхен прижала опустевший поднос к груди и, молча кивнув, убежала.
