Агат отпустил края ублиета и задрал голову: над ними нависала скала, где виднелся зеленеющий дворцовый сад. Тритон посмотрел в сторону открытого моря.
«Хаос был истощен и обезвожен. У заключенного не хватило бы сил выбраться самому. Как такое возможно?» Гелиод что-то бубнил себе под нос, но тритон не прислушивался. «Форкию не раз удавалось сбегать из „мешка“, но он так и не признался, как у него это получилось».
– Нужно немедленно доложить главе, – Агат нырнул, а Гелиод замер с раскрытым ртом, напоминая самому себе аротрона[24] (имбрийцев забавляли эти надутые круглые рыбы).
– Сомбрийцы всегда сами по себе, обращаешься к ним, а у них будто ушные раковины забило песком, – недовольно фыркнув, тритон последовав за напарником.
У подземного тоннеля они едва не столкнулись со спешно плывущим ко входу имбрийцем, в руках тот сжимал уздечку из агартии, которую использовали для езды на молодых серпенсах.
– Брат, позволь спросить, куда ты так торопишься? – не удержался от любопытства Гелиод.
Рыжеволосый окинул его испуганным взглядом изумрудных глаз и тряхнул уздечкой:
– Сегодня ночью сбежал один из змеев, не знаю, как он вырвался из подводного ущелья, – тритон был так опечален, что Агату даже стало его жаль.
«Значит, ты решил подманить серпенса. Неплохо, Хаос», – подумал тритон, но вслух произнес:
– Молодые особи очень резвые и, взрослея, начинают проявлять характер, а в ущелье для них не слишком просторно. – И, пожав плечами, поплыл дальше.
– Не расстраивайся, брат, – Гелиод похлопал рыжего по плечу, и тот скрылся в противоположном тоннеле.
– Думаешь, это связано с Хаосом? – подплыв к Агату, спросил тритон, но тот ничего не ответил.
Аргалид спокойно выслушал их и склонился над Нафаивелем.
– Возвращайтесь к патрулированию, а о побеге пока что помалкивайте.
Гелиод нахмурился и уже собирался задать главе вопрос, но Агат мягко развернул его и вытолкнул из кабинета.
– Не задавай вопросов, на которые не получишь ответов, – отчитал он напарника и, смягчившись, добавил: – Доверься главе, он со всем разберется, а наше дело – выполнять приказы, – взмахнув ногами, Агат устремился вперед.
Гелиод поджал губы и, взглянув на двери в кабинет главы, подумал: «Доплавался, мутант указывает мне, как следует поступить».
Прислушавшись к тишине в коридоре, Аргалид положил ладонь на магическое око и вызвал королеву. «Исполнит ли она мою просьбу? В Эриде все больше проявляется грозность ее прапрадеда. Потидэй был бы очень горд за свой род. Именно такой правитель необходим коралловой столице».
Молодой серпенс нес Хаоса по течению к северной границе.
Змей быстро двигался, распахнув клыкастую пасть, будто радуясь приближающейся свободе. О погоне можно было не беспокоиться. За короткий промежуток времени змей проделал путь, который Хаосу не удалось бы проплыть в одиночку, особенно после отсидки в «мешке».
Серпенс повернул было к водному тоннелю, но Хаос вцепился в его шею когтями. Змей обиженно зашипел и выпустил из ноздрей пузырьки воздуха.
– Еще рано. Или ты желаешь погибнуть, разбившись о магическую преграду, а не вкусить свободы темных вод? Стена оставит от нас одни чешуйки. – Змей будто что-то понял и продолжил путь.
Эфир водил пальцами по шару Нафаивеля. От прикосновения чернота внутри «глаза» зашевелилась, перекатываясь, словно змеиное тело, чтобы спустя миг обрести очертания женского рта. Губы искривились, и в голове тритон услышал хрипловатый голос королевы.
– Зачем ты вызвал меня, Эреб? – спросила русалка.
– Моя королева…
На секунду в ушах Эфира зашумело. Вместо отцовского кабинета будто сквозь полупрозрачную пелену тритон увидел тронный зал и королеву. Эрида вперила в него потемневший взор и ехидно оскалилась. В ее руках сверкнул трезубец. Она резко вскинула оружие, и Эфир ощутил колющую боль в плече и упал на спину. Он слышал голос Эриды:
– Значит, его не стало, и теперь ты новый владелец глаза, – изрекла королева.
Женский голос обволакивал тритона. Даже на расстоянии сила Эриды могла причинять жалящую боль.
– Новый владелец Нафаивеля может слышать и видеть все, что я захочу ему показать, и даже почувствовать. Такова сила глаза. Однако расскажи мне… Эфир, где твой отец? Что с ним произошло? – голос королевы хоть и звучал спокойно, но чувствовалось, что Эрида раздражена.
Эфир обо всем рассказал. Он даже приукрасил смерть отца, описав героическую схватку с одним из чудовищ; но, кажется, Эрида ему не поверила.
– Пучина Сомбры опасна, – насмешливо произнесла Эрида. – И ты просишь, чтобы я позволила тебе занять его место?
– Готов служить Вашему Величеству, – ответил Эфир.
– Да будет так, – с легкостью согласилась королева. – Теперь докладывай, глава Сомбры, почему я долгое время не получаю отчетов о моей сестре? Где Хаос?
– Ваше Величество, мой брат отправился следом за принцессой в Вайле.
– Как благородно и глупо. Он осознавал, на что идет, значит, не убоялся ни наказания, ни смерти. Как же твой брат сумел преодолеть магический барьер? Впрочем… я, кажется, догадываюсь.
