А еще через несколько часов прискакал на взмыленной лошади посланец с известием о бегстве из-под стражи юного брата маркизы. Попутно Нейлу был передан приказ не спускать глаз с леди Бремор и заточить ее в башню до прибытия самого герцога Камберленда. Нейл не счел нужным говорить гонцу, что леди уже в бегах. Слуги, явно сочувствуя маркизе, держали язык за зубами.
Теперь в мозгу Нейла начала складываться цельная картинка. Как же он был глуп, когда не замечал, что происходило прямо у него под носом! Он считал Рори пустым никчемным транжирой, самовлюбленным щеголем, доставлявшим одни лишь неприятности своему отцу и получившим в наследство титул и состояние только в силу трагических обстоятельств. Дурная репутация, которую тот приобрел в Эдинбурге, укрепляла Нейла в этом мнении. Нейл ощущал себя несправедливо обделенным. Ведь в его жилах течет настоящая кровь Форбсов, а Рори, наоборот, поступает как чужак. Может, и есть правда в пересудах о том, что он зачат в грехе? Нейл был влюблен в Бремор всеми фибрами души, а Рори на родовое гнездо было наплевать.
А теперь, хоть и с опозданием, Нейла осенило, что Рори просто носил маску и втайне сражался за то, что дорого и ему, Нейлу. Нейл знал, что никогда не осмелится восстать против победоносного английского короля и его наместника Камберленда, но он был шотландцем, и те, кто растоптал благородные кланы, когда-то составлявшие гордость Шотландии, были ему ненавистны.
Как и его кузену, который пил, шутил, развратничал, играл и обыгрывал их общих врагов. И обыгрывал на весьма кругленькие суммы. Иначе не случилось бы так, что ни одного пенни не исчезло из казны Бремора, якобы истраченной на развлечения и наряды маркиза. Нейл знал счет деньгам и проверил, что они все в целости и сохранности.
И насчет корыстного мотива брака с Бет Нейл тоже ошибся. Он не раз замечал, как кузен смотрит на свою супругу, правда, только в те моменты, когда она не могла перехватить его взгляд. И Нейл решил, что не стоит торопиться сообщать Камберленду об исчезновении маркизы. Чем дольше он промедлит, тем больше будет шансов у Рори и Бет совершить то, что они хотят и что, он был в этом почти уверен, пойдет на пользу Шотландии. У него самого было ощущение, что герцог слишком уж туго затягивает петлю, и он беспокоился, как бы его любимая страна не задохнулась.
При этой мысли холод пробрал Нейла. Он бросил несколько щепок на угли без всякой надежды, что они разгорятся, но подул на них, и свершилось маленькое чудо. Они вдруг вспыхнули таким ярким пламенем, что он отпрянул и ощутил, что под доской пола, на которую он наступил, была пустота.
Он попробовал приподнять ее и обнаружил тайничок. Там хранились завернутые в ткань странные вещи — разные парики, женское платье большого размера и набор фальшивых усов и бород.
Вот уж потрясающая находка была бы для ищеек Камберленда! Теперь все окончательно становилось на свои места. Камберленд безумно обрадуется его находке, а для Рори это будет означать виселицу. И тогда Бремор будет принадлежать ему, Нейлу!
Нейл взвесил все «за» и «против». Он воевал за английского короля, потому что такова была воля старого маркиза, но он был прежде всего шотландцем. Отдать ли эти доказательства в руки английских судей и тем погубить Рори или сжечь их на месте? А может, оставить здесь, в слабой надежде, что парики и платья понадобятся новым преемникам Черного Валета? Кто знает…
На пути в Бремор Рори дважды сталкивался с постами, выставленными Камберлендом. Бет, как и обещала, держалась поодаль. На его стороне была мерзкая погода и то, что все знали, кто он такой. Расспрашивая солдат о своей супруге, похищенной проклятым Черным Валетом, он предлагал им глотнуть бренди из объемистой фляжки, жаловался на дождь и туман, а Бет тихо проезжала за спинами солдат, радовавшихся щедрости маркиза.
В пещере, которую он предназначил для временной стоянки, было сухо, но царил ледяной холод. Впрочем, Бет была рада и такому укрытию. Они спешились, и он ввел туда лошадей, затем, почиркав несколько раз огнивом, зажег свечу. Она с удивлением оглядела расставленные здесь сундуки, вешалки с платьями, включая и британскую офицерскую форму. Рори откупорил большую бутыль с коньяком и заполнил янтарной жидкостью свою опустевшую флягу.
— Хочешь согреться?
Бет кивнула, хотя знала, что огненная жидкость обожжет ее внутренности.
— И смени одежду. Жаль, я не могу развести огонь.
— Я скоро вернусь, — сказал он. — А если меня долго не будет, не жди меня, а пробирайся к берегу сама.
— Когда мне тебя ждать?
— Скоро. Не бойся, никто не подберется сюда незаметно. Он поцеловал ее сначала в щеку, потом в губы, и как она хотела, чтобы этот поцелуй не был прощальным.
Рори ворвался во двор замка на полном скаку, сметая охрану, как и подобает разъяренному хозяину. Везде горели факелы, во дворе толклись привязанные кони, а в холле храпели английские солдаты.
Он ворвался прямо в комнату к Нейлу, не дожидаясь, когда ему откроют.
— Я не ждал тебя. — Нейл был явно растерян, увидев кузена.
— Это почему?
