Они вошли в квартиру и сразу закрыли дверь. Эдик быстро подошёл к окну и осмотрелся. Владимир остановился, хоть и было в квартире темно, но кое-что заметил. На двухместной кровати лежала обнажённая девушка и, по всей вероятности, она была сильно пьяна. Запах перегара подтверждал этот факт. Один из троих парней сверху насиловал её, а остальные двое лежали и курили кальян. Все были голыми. Разбросанные окурки и бутылки говорили о большой вечеринке, либо о сильно пьющих алкашах. На вид им было около двадцати лет, а девушка ещё моложе. Владимира это вывело из себя. Двоим, рядом лежащим, сломал коленные чашечки прикладом автомата, и те от болевого шока потеряли сознание. Он подошёл к пареньку, который насиловал девушку и прикладом автомата ударил по голове. Стащил пьяное тело с девушки и хотел уже уйти, как вдруг девушка невнятно что-то произнесла и посмотрела на него. Владимир оказался в шоке.
Владимира поглотило воспоминание. Он дружил с первого класса с одной девочкой. Она жила напротив его дома. Маленькая, милая девочка с ярко-голубыми, большими глазами. Позднее её перевели к ним в класс, и они стали ещё крепче дружить. Владимир всегда мог поделиться с ней секретом и никогда не сомневался в ней. Она каждый раз делилась с ним вкусняшками, которые пекла её мама. Маленькому Вове всегда приходилось драться за неё, потому как она не могла даже и слова сказать обидчику. Они доучились вместе до восьмого класса. Затем её увезли в другой город. Причины отъезда никто не знал.
И вот она лежит пьяная и избитая. Большой синяк под глазом и рассечённая бровь. Много ссадин по телу и царапин. Владимир позже заметил, что её руки привязаны к спинке кровати простыней. Ему стало невыносимо на это смотреть. Он присел рядом с ней и аккуратно начал развязывать руки.
— Вова, это ты? — она слабо улыбнулась, и на её глазах начали наворачиваться слёзы.
— Это всё сон, — Владимир погладил её по щеке и принялся развязывать вторую руку.
— Машина подъехала, — полушёпотом сообщил Эдик, стоя возле окна.
— Бери старика и толкай его вниз, и скажи ему, чтоб приготовил место ещё для троих, — Владимир произнёс это как можно строже, чтобы у Эдуарда не возникло вопросов.
— Друг, — Владимир не называл по рации имён для конспирации.
— Слушаю, — ответил Антон на том конце эфира.
— У тебя есть знакомые в больницах?
— Есть, но они в частной компании и лечат только за деньги.
— Плевать на деньги. Пусть приедут и заберут девушку из 208 квартиры, и чтобы всё было анонимно.
— Они в пяти минутах отсюда. Будут быстрее милиции.
— Спасибо, — искренне поблагодарил Владимир.
Владимир схватил двоих голых парней за волосы и потащил к окну. Без колебания он скинул обоих со второго этажа. Антон и Эдик быстро затащили их в фуру. Третьего насильника потащил за ноги и также бесцеремонно выкинул через окно. Осмотрев всё, он выпрыгнул и сам.
— Куда едем? — поинтересовался Антон.
— На свалку, — более спокойно ответил Владимир.
— Как я понял, нужна тишина? — еле сдерживая боль, спросил Эдик, — просто у меня рана на ноге, и я не знаю, что мне делать.
— Сейчас помогу, — Владимир похлопал Антона по плечу, — только учти, будет больно, — он уже обратился к Эдуарду.
Владимир прошёл в кузов фуры. Снял свой ремень и сделал жгут на ногу Эдику. Видя, что Эдик сдерживает боль, он вколол ему укол.
— Что за укол? — спросил с опаской Эдик.
— Морфин, — сухо ответил Владимир.
— А это не вредно?
— Вредно за школой курить, когда идёт урок по физкультуре, — Владимир пытался поднять настроение больному, так как укол должен начать уже действовать. — А это вроде аскорбинки.
— Не знаю почему, но я спать захотел, — зевая, ответил Эдик и повалился на скамью.
Всю дорогу они ехали молча. Через час они доехали до свалки. Владимир без лишних слов вышел из фуры и обошёл её. Открыв двери, он увидел, как трое насильников только отходят от ударов. Не сказав ни слова, он достал автомат и жестом «на выход» заставил выйти их. Они трое голышом робко шли и надеялись на милость. Пройдя двадцать метров, они остановились.
— На колени, — громко и грозно прокомандовал Владимир.
Они послушно встали на колени. Начинал капать слабый дождь.
— Теперь моё последнее слово, — холодно произнёс Владимир и скомандовал, — фас!
Насильники даже не успели понять, что к чему, как на них напала стая бродячих собак. Собаки сразу вгрызались в мягкие ткани, не исключая и детородный орган. Крики и вопли продолжались пару минут. Затем наступила тишина. Владимир, убедившись, что никто не дышит, вернулся к фуре. Антон стоял и ждал с долей сомнения в верности поступка, но решил промолчать. Зато Эдик не выдержал:
— Какого чёрта?!
— Спокойно, Эдуард, — Владимир, удовлетворённый казнью, теперь был готов хоть на длительный диалог.
— Антон, ты это видел?
— Эдуард, друг мой, — вежливо сказал Антон, — ты же сам всё видел. Это я должен спросить, что тут такое было? — и грозно посмотрел на Владимира.
