— Почему ты хотел меня убить? Что значили те слова, которые ты мне сказал у меня дома?
Я решил, что скрывать мне нечего.
— Я думал, что в гибели Айры и Глеба, в исчезновении Вали и Элин виновна ты. Я и сейчас не знаю, ошибался ли я. Но убивать тебя не собираюсь. Я был в отчаянии. Сейчас это прошло.
Я не смотрел на Лизу, я говорил все это себе под нос и не видел ее лица. Но пауза затягивалась. Я хлебнул кофе.
— Они исчезли? — спросила она обычным голосом.
— Да. Почти сразу же, как мы вернулись с дачи. Айра и Глеб мертвы совершенно точно. Что с Элин и Валей, я не знаю, но подозреваю — то же самое.
— Почему же ты считаешь, что во всем этом могла быть виновата не я?
— Не знаю. — Я пожал плечами. Я решил сразу не говорить Лизе, что застрелил приятеля Вали у подъезда ее дома;
Меня интересовало, какое место сама Лиза занимает в этой партии и что знает. — Интуиция. Я, например, видел, как и даче Элин во сне ходила по перилам балкона. Я едва ее поймал. Если она — лунатик, с ней могло случиться все, что угодно.
Лиза махнула рукой:
— Да ну, какой она лунатик. Она просто подшутила на тобой. Она же окончила цирковое училище, воздушная гимнастка. Ей по бельевой веревке на уровне седьмого этажа пройтись — что плюнуть.
Я вспомнил, что чувствовал в тот момент, и мне стало… хреново мне стало.
— Как так подшутила?..
— Вот так.
Я плюнул на все. Все стало мне безразлично да конца.
— Я застрелил того парня, который был с Валей на даче. Это случилось у подъезда твоего дома, и он был в компании тех людей, которые потом пришли за тобой в казино. Я думаю, он был одним из них. И эти люди виноваты в том, что случилось с ребятами.
Лиза кивнула:
— Это правильно.
Вошла Алина:
— Давайте-ка решать, как быть дальше. Лизу опасно долго держать в одном месте. Я не знаю, как быстро эти господа доберутся до твоей квартиры, но ждать их не стоит.
Я хотел было сказать — делайте что хотите, но решил, что это будет слишком, и просто промолчал.
— Я позвоню Фаине, чтобы она приехала сюда и забрала Лизу. Пусть пока поживет на даче у Павки, а там разберемся.
Лиза не возражала. Мне было все равно.
Алина ушла в комнату. В утренней тишине было хорошо слышно, как она крутит диск телефона.
— Доброе утро, профессор. Вы не спите?.. Она у нас… Мы сейчас на квартире Дениса, но оставаться тут, по-моему, нельзя. Я хотела бы, чтобы вы или Фаина заехали и забрали ее. Лучше будет перевезти ее к Павке… Да, хорошо. Ждем.
— Фаина через час подъедет, — сообщила мне Алина, появившись в дверях. Она будто бы не считала нужным согласовывать что-либо с Лизой. Впрочем, и сама Лиза относилась к происходящему равнодушно. Она не спрашивала, кто такая Фаина, что это за профессор и куда, собственно, ее собираются везти.
Следующий час мы провели в молчании. Это молчание не было неловким — оно было каким-то равнодушно-усталым. Молчание людей, которые вынуждены быть вместе, но которых ничего не связывало, которым не о чем было просто поговорить. В самом деле, казалось бы, между нами и вокруг нас произошло столько всего, что какие-то связи должны были появиться. Но то ли мы были слишком разными людьми, то ли события эти и наше к ним отношение было каким-то синтетическим, что ли… холодным, а тепла между нами не появилось.
Около семи утра на улице послышался приближающийся рокот двигателя спортивного автомобиля. Мы, как по команде, встали. Я проводил Алину и Лизу до дверей.
— Ты разве с нами не поедешь? — спросила Алина. Я отрицательно мотнул головой и соврал:
— Спать хочу.
Лиза посмотрела мне в глаза. На мгновение мне показалось, что в ее равнодушном взгляде мелькнуло что-то похожее на сожаление. Впрочем, лишь показалось. Мы смотрели друг другу в глаза, я чувствовал: надо что-то сказать.
— Увидимся… — неуверенно произнес я. Лиза кивнула. Девушки вышли. Я захлопнул дверь, вернулся в комнату и сел в кресло. К рокоту «лексуса» присоединилось рычание odiablo», хлопнули двери машины. Через минуту все стихло. Я снова сидел в тишине и одиночестве.
Для полноты картины не хватало тиканья часов. Но в моей квартире были только электронные, немые часы, поэтому время текло почти совсем незаметно. Только хлопала иногда дверь подъезда, слишком часто из-за рабочего утра заводились моторы «Жигулей» и «Москвичей», кашляя утренним кашлем курильщика и дымя первыми за день сигаретами выхлопных труб.
В замочной скважине аккуратно лязгнул ключ. Я наклонился к столу, выдвинул ящик, достал пистолет и взвел курок. Впрочем, судя по тому, что в дверь не ломилась толпа не пойми кого и не палила из чего попало, я догадывался, кто это.
— Опустите пистолет, Денис, — сказал Навигатор, появляясь в дверях.
— Ключ, — сказал я, не обращая внимания на его просьбу.
—Что?
— Ключ, — повторил я и указал дулом на стол.
Навигатор сдержал улыбку и положил ключ на стол.
— Как продвигаются дела? — спросил он.
Я подумал, уж больно вовремя он появился. Вдруг. Поэтому спросил:
— Это вы звонили сегодня ночью?
— Вы о чем, Денис? — спокойно отозвался он. — Я когда-нибудь звонил вам домой? Что такого случилось этой ночью, что я должен был вам позвонить?
— Вы мне надоели.
— Ночью?
