Мне понравилось, что она начала разговор сразу с дела, а не с проверок, как делали все остальные учителя.
— Я предлагаю начать с простого, — кивнула Светлякова. — Переходить к атакующим рунам вам пока рано, от них против такого проклятия всё равно сейчас не будет смысла. А вот знание нескольких простейших универсальных рун может помочь. Догадываетесь, чем?
— Ослабить проклятие? — предположил я.
Вариантов было не так уж и много.
— Именно, — довольно ответила наставница. — Даже столь мощное проклятие можно временно ослабить. То есть оно хотя бы не будет расти так стремительно, и у вас появится больше времени на подготовку.
А вот это была очень хорошая новость. Она поможет мне выиграть время.
— Отличный вариант, — согласился я. — Тогда давайте приступим?
— Да, но не так быстро. Знание нужных рун, это далеко не всё, что нужно. Будь на вас проклятие послабее, хватило бы и этого, но увы! В вашем случае для этого можно ещё сделать специальный артефакт, чтобы усилить воздействие.
— Но я ведь не артефактор, — пожал я плечами, артефакторика здесь кардинально отличалась от того, что я знал из прошлой жизни.
— Не волнуйтесь, там всё просто, — заверила меня наставница. — Относительно, конечно. В кружке артефакторики есть всё необходимое, и я уверена, что под моим руководством вы справитесь, Виктор.
— Но мне нельзя показывать, что я владею магией света, — напомнил я.
— На этот счёт тоже не волнуйтесь, я обо всём договорюсь к следующему занятию, — улыбнулась девушка. — Его проведём у артефакторов, когда там никого не будет. А теперь, пожалуй, и правда пора приступать к занятию. У нас не так много времени, как хотелось бы.
На этом разговор закончился, и мы перешли к делу. И, как оказалось, Ангелина Михайловна — по-настоящему талантливый преподаватель. Во всяком случае, я остался полностью доволен её методикой обучения, ведь уже за первый урок выучил все руны, необходимые для создания артефакта.
К себе я возвращался усталый, но довольный, и сразу по прибытии в комнату плюхнулся на кровать. Всё же Вика права, и отдыхать тоже надо, а то я так и без помощи проклятия себя изведу.
— Вить, ты что рейтинг не видел? — подал голос княжич.
— Нет, за уроками совсем из головы выпало, — устало ответил я. — Что там?
— В таком случае я тебя поздравляю, — усмехнулся Белозубов. — Ты пятый.
А вот это уже хорошие новости! Интересно, кто сейчас более высокие места занимает? Да и тех, кто нагоняет, тоже надо будет посмотреть, это в какой-то мере даже важнее будет.
— Отлично, — ухмыльнулся я. — Но этого мало. Нужно будет за следующие три недели подняться наверх, чтобы в последний момент случайно не пролететь.
— Согласен, под конец сдать позиции, очень обидно будет, — кивнул княжич. — Кстати, говорят, что скоро введут дополнительные мероприятия в кружках, где можно будет баллы получить.
— Интересно, — прикинул я. — То есть не только за активность на уроках рейтинг составляется, но и по баллам в кружках?
— Ага, там вроде как около трети значимости идёт, — подтвердил Белозубов. — Так что не зря я сразу в два пошёл, хоть немного эти дебаты окупятся!
— Да уж, согласен, — задумчиво протянул я.
Даже жаль, что в общем зачёте Короедова и Светлякову не учитывают, я был бы уже на первом месте. Не думаю, что кроме меня кто-то ещё решил посещать сразу три дополнительных предмета.
Я начал готовиться ко сну. Но перед этим решил проверить телефон, и не зря — оказалось, что у меня уже час висит пропущенный от матери.
Сразу взбодрившись, отправил ей сообщение с просьбой перезвонить, а то вдруг она уже уснула. Сам же вышел в коридор, чтобы княжич не услышал лишнего. Нужно будет расставить все точки над и.
Повторный звонок пришёл через пару минут, когда я уже вышел в пустой коридор. Оглянувшись и не заметив никого вокруг, я сразу же принял вызов.
— Привет, я волновалась, — с ходу заявила мама. — Всё хорошо?
— Да, мам, всё в порядке, — ответил я и прямо спросил о том, что меня больше всего интересовало. — И кстати, у меня к тебе один очень важный вопрос. Не подскажешь, кому наш род так насолил, что нас прокляли?
Пауза длилась недолго.
— Я не совсем понимаю, о чём ты, — стараясь сохранять ровный голос, ответила мать. — Не шути так, пожалуйста.
— Хотелось бы, чтобы это было шуткой, — серьёзно сказал я. — Но к сожалению, это факт. И я уверен, что ты что-то об этом знаешь, так что бесполезно отнекиваться.
— С чего ты взял, сынок, что это… проклятие, существует? — уже не оспаривая мои слова, убитым голосом спросила мама.
— Я его видел. И мне не составило трудов сложить два плюс два. На мне проклятье, а все мужчины в нашем роду мертвы.
— Даже если бы это было правдой… Как ты узнал?
Слова давались матери очень тяжело. Будто она боялась меня потерять, раскрывая эту тайну. Я же хотел знать, кто виновен в бедах моей семьи! Ведь душа предшественника слилась с моей, и с тех пор эти люди не были мне чужими.
