– Состояние пациента улучшилось прямо у меня на глазах. Кровоток улучшился, и цвет кожи моментально выправился.
– Невероятно, должно быть, видеть такое.
– Так и есть, – он помолчал. – Сегодня звонила мама. Оставила сообщение. Впервые за несколько недель.
Черри почувствовала, будто ей в спину всадили нож, но она заставила вести себя непринужденно. Она вытащила из пакета кускус и опрокинула в миску.
– Мне это не нравится. Не нравится ссориться. У нее был расстроенный голос.
– Что она сказала?
– Ничего нового. Что ей жаль. Что хочет загладить вину.
Черри как ни в чем не бывало кивнула.
– Это сложная ситуация для меня, ты же понимаешь?
– Понимаю.
– Мне не нравится, что вы не разговариваете, – вздохнул он. – Моя девушка и моя мама. Вы с ней хотя бы кричать друг на друга должны.
Черри улыбнулась неудачной шутке.
– Мы можем как-то попытаться решить это? И ты знаешь, мы так и не сказали ей о помолвке.
– Разумеется! Я буду только рада.
– Правда?
– Да. – Она поцеловала его. – Мне тоже жалко, что мы не ладим, а ты из-за этого страдаешь.
Черри отвернулась к духовке и проверила тажин, прекрасно зная, что оставила Дэниела в недоумении от того, как легко оказалось ее уговорить. Мужчины любили, когда им удавалось избежать конфликтов, и все равно она знала, что ее легкомысленные слова ничего не решали. И остается надеяться, что к тому времени, когда он сам поймет это и вновь затронет эту тему, Лора благополучно исчезнет.
– Выглядит аппетитно, – похвалил Дэниел, поглядывая на тажин. Он обнял ее со спины и поцеловал в затылок. – Спасибо, Черри. Ты удивительная. Я знаю, она была неблагосклонно к тебе настроена, и я благодарен, что ты не держишь зла на нее.
– Осторожно, горячо!
– Я думаю, мне стоит сходить и проведать ее.
Черри обернулась.
– Что, сегодня?
– На полчаса, не больше. После ужина. Что-то не так? Ей сейчас очень непросто. Развод и все остальное…
На нее обрушилась волна паники. Последнее, что ей сейчас было нужно, это чтобы Дэниел узнал полную версию событий после Лориной встречи с Венди.
– Я… Просто я не очень хорошо себя чувствую, вот и все.
– Что такое?
– Ничего особенного, просто голова разболелась, – она потерла лоб, лихорадочно соображая. – Никак не проходит.
Дэниел помолчал немного и сказал:
– Посиди. Отдыхай, а я приму душ и закончу с кускусом.
Она послушно разрешила ему отвести себя в гостиную и уложить на лимонно-желтый диван. Как только он вышел и Черри услышала, как включился душ, она вскочила. Нервозное, напряженное чувство усилилось. Как бы она ни садилась, она не находила себе места и хотела увернуться от этого чувства, как от какого-то чертенка на плече. Повернувшись к стереосистеме, она включила музыку и выкрутила громкость на полную катушку. Она легла обратно на кровать и закрыла глаза, пытаясь не думать о жужжащей в голове мухе.
– Я думал, у тебя болит голова.
Вошел Дэниел в чистой футболке и шортах, с взъерошенными и мокрыми после душа волосами. Руфус догонял его, подскакивая и пытаясь облизать ему пятки.
Черри вздрогнула.
– Да. То есть, я выпила таблетку.
– Они так быстро не помогают, – заметил он и уменьшил громкость.
Черт бы его побрал с его медицинским образованием. Но Черри знала, что он прав, и не могла с этим спорить. Вместо этого она направила на него всю ударную мощь своей сияющей улыбки.
– Ты меня приободрил. Наверное, стресс от переезда сказался.
– Ты не рада быть здесь?
Она посмотрела на него с удивлением.
– Я очень рада, – она хотела добавить: «А ты?» – но что-то остановило ее. – Ты голоден?
– Ужасно.
– Будем ужинать?
Они вышли на кухню.
– Налить тебе вина?
Улыбка сползла с ее лица.
– О нет!
– Что такое?
– Я забыла про вино!
– Ну и бог с ним.
– Нет! Я так хотела, чтобы все было безупречно, – она схватила сумку. – Я только спущусь в магазин, куплю бутылку шираза. И заодно возьму с собой Руфуса, ему нужно погулять, – тараторила она, смирно придерживая дрожащее от энтузиазма тельце щенка, пока она цепляла на него поводок.
– Не нужно никуда идти.
Она уже была в дверях.
– Я вернусь через минуту.
Дверь захлопнулась, и Черри попыталась унять свое отрывистое дыхание. Она не стала дожидаться лифта и побежала вниз по лестнице, Руфус догонял ее, быстро перебирая лапками. Свежий воздух помог ей успокоиться, и Черри дошла до винотеки неподалеку, где оставила Руфуса снаружи на привязи. Обычно там всегда были люди, обсуждавшие вино с таким важным видом, будто это было мировое соглашение, но сейчас Черри оказалась единственной покупательницей, и ее быстро обслужили. Сжимая бутылку в плотном пластиковом пакете, она постояла на улице. Ей не хотелось возвращаться в квартиру, слишком мало прошло времени, чтобы неловкость момента сошла на нет, так что она отвязала Руфуса от столба и решила отправиться на прогулку.
