Я ненавижу смерть.Я ненавижу смерть.Любимейшего я уж не услышу…Мне было б за него и день и ночь молиться:О жизнь бесценная, умилосердьНеведомое, чтобы вечно длиться!..Я ненавижу смерть.
1976
<p>«И вдруг возникает какой-то напев…»</p>И вдруг возникает какой-то напев,Как шмель неотвязный гудит, ошалев,Как хмель оплетает, нет сил разорвать,И волей-неволей откроешь тетрадь.От счастья внезапного похолодею.Кто понял, что белым стихом не владею?Кто бросил мне этот спасательный круг?Откуда-то рифмы сбегаются вдруг.Их зря обесславил писатель великийЗа то, что бедны, холодны, однолики,Напрасно охаял он «кровь и любовь»,И «камень и пламень», и вечное «вновь».Не эти ль созвучья исполнены смысла,Как некие сакраментальные числа?А сколько других, что поддержат их честь!Он, к счастью, ошибся — созвучий не счесть.
1976
<p>«Нет несчастней того…»</p>Нет несчастней того,Кто себя самого испугался,Кто бежал от себя,Как бегут из горящего дома.Нет несчастней того,Кто при жизни с душою расстался,А кругом — все чужое,А кругом ему все незнакомо.Он идет как слепой,Прежней местности не узнавая.Он смешался с толпой,Но страшит суета неживая,И не те голоса,Все чужое, чужое, чужое,Лишь зари полосаПоказалась вечерней душою…
1976
<p>Из записных книжек</p><p>«Вы горя пожелали мне…»</p>Вы горя пожелали мне,А счастье на меня обвалом,Невероятным, небывалым,Не грезившимся и во сне.Вы горя пожелали мне,Чтобы душа моя очнулась,Чтоб снова к жизни я вернулась,Не стыла в мертвой тишине.… … … … … … … … … … … … … …И продолжалось так полгода.И эта явь была как сои.И голос тот, что телефонДонес мне, был он как свободаДля смертника. Он мне вернулТак просто и непостижимоТеатра восхищенный гул,Тебя — и в гриме, и без грима,И вдохновение твое,И то, что был ты гениален,И то, что бред и забытьеВся жизнь моя среди развалинМинувшего. Твой голос былПо-прежнему широк и молодИ многозвучных полон сил,Не поврежден и не расколот.Что скрыто от меня самой,В чем я себе не признавалась,Вдруг ожило и вдруг сказалосьСознаньем истины прямой.О как я счастлива была…… … … … … … … … … … … … … …
[1976–1977]
<p>«Ждет путь немыслимо большой…»</p>Ждет путь немыслимо большойТам, за чертой, за крайним краем.Работай над своей душой,Покуда мир обозреваем.Ты держишься — я поняла —На невидимке-паутинке.И я слежу из-за угла,Как ты в неравном поединкеТо затрепещешь, то замрешь…О продержись, о продержисьХоть день, хоть два, как можно дольше.Ты знаешь, что такое жизнь?Дозволь пожить мне, о дозволь же…
