Маленькие колесные дроны, бесшумно ездившие из одного конца зала в другой, принесли еду, напитки и чашу с курением для Нопри. Дронам приходилось пользоваться колесами и многосуставчатыми подобиями рук, потому что реакции бальбитиан на антигравитационные и манипуляторные поля были зачастую совершенно непредсказуемы. Но Йиме заметила, что у корабельного дрона, который парил на уровне их стола, вроде бы нет никаких проблем.
Они с Нопри были одни за столом. Двелнер уже вернулась к обычным занятиям. В жарком, но, по счастью, слегка подсушенном пространстве Клуба она заметила еще два занятых столика. За каждым сидело четверо-пятеро человек. Даже по меркам Культуры одеты они были откровенно неряшливо, но собственный вид их, казалось, вообще не слишком волновал: они были погружены в себя. Прежде чем Нопри открыл рот и приступил к пояснениям, Йиме уже догадалась, что эти люди прибыли сюда на встречу со всесистемником Полное внутреннее отражение, прибытие которого ожидалось в ближайшие два-три дня.
Этот корабль был Темничником, частью сверхсекретного Забытого флота, которому предстояло возродить Культуру в случае крайне маловероятной катастрофы вселенского масштаба.
— О каких особых обстоятельствах идет речь, уважаемый Нопри? — спросила Йиме.
— Я, — сказал Нопри, — пытался побеседовать с этим существом.
— Разговор с ним означает смерть?
— Да, и слишком частую.
— Насколько частую?
— Я умер уже двадцать три раза.
Йиме не поверила своим ушам и перед тем, как переспросить, сделала долгий глоток:
— Это создание убило вас двадцать три раза? — Ее голос непроизвольно понизился до изумленного шепота. — В виртуальном окружении, хотите вы сказать?
— Нет.
— Как, на самом деле?
— Да.
— В базовой Реальности?
— Да.
— И вас каждый раз… что, ревоплощают?
— Да.
— Я не думала, что вы прибыли сюда с полным чемоданом новых тел. Как вы…
— Нет, конечно же. Оно само выращивает их для меня.
— Оно? Кто, бальбитиа…
— Да. Перед каждым визитом к нему я сохраняюсь.
— И оно всякий раз убивает вас?
— Пока что — да.
Йиме посмотрела на него.
— В таком случае вам было бы целесообразно умерить жажду общения с ним.
— Вы ничего не понимаете!
Йиме вздохнула, поставила бокал на столик и откинулась на стуле, скрестив пальцы на груди.
— Я чувствую в себе силы продолжать нашу великосветскую беседу до тех пор, пока вы не дадите мне удовлетворительного объяснения. На крайний случай… я могла бы поискать среди вашей команды человека, разговор с которым принесет более…
Она остановилась.
— … правдоподобные результаты, — закончила она. Голубоватое аура-поле дрона слабо блеснуло розовым. Нопри, по-видимому, оскорбили ее слова, и он резко подался вперед.
— Я уверен, что бальбитиане тесно контактируют с Сублимированными, — заявил он.
— Вы уверены, — повторила Йиме. — А разве здесь нет сотрудников секции Нумина, чтобы заниматься этим вопросом? Госпожи Двелнер, например?
— Да. Я поднимал перед ними эту тему. Но бальбитианская структура желает общаться только со мной, а не с ними.
Йиме задумалась.
— А тот факт, что это общение для вас смертельно, причем без исключений, не поколебал вашу уверенность?
— Прошу вас, — взмолился Нопри. — Это не слепая вера. Я могу доказать свои слова. Или смогу в скором времени. Очень скоро.
Его лицо скрыл дымок, поднявшийся от чаши с наркотиком, откуда он только что глубоко затянулся.
Йиме поглядела на дрона.
— Корабль, вы слушаете?
— Да, госпожа Нсоквай. Я ловлю каждое ваше слово.
— Нопри, я хотела бы знать, сколько у вас тут сотрудников — восемнадцать, да?
Нопри кивнул, задерживая дыхание.
— У вас есть поблизости корабль? Нопри энергично помотал головой.
— Тогда, может быть, Разум? Нопри выдохнул дым и закашлялся. Йиме повернулась к корабельному дрону.
— Правильно я поняла, что в составе исследовательской группы господина Нопри нет ни резидентного Разума, ни искусственного интеллекта?
— Нет, — ответил дрон, — как нет их и у представителей секции Нумина. Ближайший Разум, за исключением, разумеется, моего собственного, находится на борту корабля, который в настоящее время, отстыковавшись от Полного внутреннего отражения, держит курс на эту пересадочную станцию. Здесь нет ни Разумов, ни даже полноценных искусственных интеллектов. И ни у кого нет, если быть точным. Не только у миссии Культуры.
— Ему не очень-то симпатичны Разумы и искусственные интеллекты, — согласился Нопри и вытер слезящиеся глаза, чтобы снова затянуться из чаши. — Справедливости ради стоит заметить, что к дронам оно значительно более терпимо. — Он с улыбкой посмотрел на корабельную машину.
— Есть ли какие-нибудь новости о корабле, который направляется сюда, отстыковавшись от Полного внутреннего отражения? — спросила Йиме.
— Нет, — отрицательно качнул головой Нопри. — Никаких. Они, как правило, не публикуют своих судовых журналов.
Он глубоко затянулся из чаши, но на сей раз быстро отстранил ее от себя.
— Они появляются без предупреждения или не появляются вообще.
— Думаете, что он не появится?
— Нет, скорей всего, появится. Гарантий, однако, я вам дать не могу.
