Бумажная лодка держалась у центра озера, не подходя к нему, впрочем, слишком близко, чтобы поднятые пузырями волны ее не опрокинули. Вулканическая активность тоже не была естественной. Несколько сотен тысяч лет назад (задолго до того, как на здешней сцене появились сичультианцы, с радостью обнаружившие пригодную для обитания, но, по счастью, еще не заселенную разумными существами планету) кто-то проделал в скальной толще дыру, уходившую вниз на много сотен километров и достигавшую расплавленной магмы. Заполнявший вертикальную шахту магматический ручеек разогревал дно пещеры и поддерживал ртуть в состоянии медленного кипения. Кто эту дыру проделал и с какой целью, оставалось неизвестным. Согласно самым обоснованным гипотезам, это было либо произведение искусства, либо артефакт давно исчезнувшей религии.
Пока Джаскен следил за приземлением второго флайера, Вепперс оглядывал озеро в поисках золота. Наконец он увидел блестящую ромбовидную грань слитка, который все-таки поднялся на поверхность[30].
Он похлопал Джаскена по плечу, и тот выудил слиток из озера.
Флайер сел на той стороне озера, ближе к которой плавала бумажная лодка. Он был похож на толстую пулю из хрома и цветного стекла.
Пуля раскололась. Ее сердечником оказалась смутно блестевшая масса. В массе едва можно было различить темный эллиптический контур, снабженный на концах полуосей щупальцами и бахромой.
— Добро пожаловать, друг из Флекке, — произнес Сингре.
— Приветствую вас, — ответил явно синтезированный голос из пулефлайера. — Я Хрув Слюд Зсор, Генерал-Функционатор.
— Мое почтение, — парившая в воздухе подушка Сингре немного снизилась.
— Мы ожидали, что вы прибудете не один, но в сопровождении науптрианского уполномоченного, — заметил Вепперс. На этот раз он не снимал маски.
— Я здесь, — ответил флайер, содержавший в себе флекканца. Голос, против ожиданий Вепперса, вполне мог принадлежать органическому существу. — Но я не науптрианец. Я элемент Науптрианской Реликварии. Правомерно ли заключить, что вы ожидали появления образцов нашего Родоначального Вида, или же я ошибаюсь в своих выводах?
— Извините за досадное недоразумение, — поспешно сказал Сингре, так заметно вытянув к Вепперсу ближайшую конечность, что это вполне сошло бы за человеческий жест. Вепперс увидел этот жест и неохотно замолчал.
— Мы, биологические существа, — продолжал Сингре, и в его голосе прозвучал деланный смешок, — путаемся в таких тонкостях, допускаем спорадические ошибки.
Вепперс не без усилий удержался от улыбки. Он отметил, что способности Сингре к инопланетным языкам то улучшались, то ухудшались в зависимости от того, хотел ли джлюпианин показаться собеседнику существом ума острого, как бритва, или же туповатым недоразвитым бур-чалой.
Реликварист, как ему показалось, чуточку сконфузился. Существо помолчало минуту, потом вновь обратилось к ним:
— Позвольте отрекомендоваться. Я — 200.59 Рисицин, Полноправный Посредник Внеюрисдикционной Службы Науптрианской Реликварии.
— Добро пожаловать, — сказал Сингре, оживленно жестикулируя. — С прибытием.
Разъятая пуля скользнула вперед, прошла над бумажной лодкой и застыла лишь немного выше плоской внутренней поверхности корпуса судна.
— Очень умно, — сказал Сингре и полдюжиной конечностей полностью выдвинул крышу из уплотненной бумаги. Теперь она полностью укрывала лодку, а с ней и пулефлайер. Света от паривших в воздухе подушки джлюпианина и пулефлайера Реликварии вполне хватало, чтобы собеседники хорошо видели друг друга. Обстановка, точно на романтическом свидании, подумал Вепперс, если бы, конечно, эти странные нелюди и машины-фанатики, знающие толк в пытках, были в моем вкусе.
— В таком случае снова приветствую вас обоих, — вежливо сказал Вепперс флекканцу и реликваристу. — Спасибо, что прибыли сюда, и спасибо, что дали согласие провести нашу встречу в пределах Установления.
— Нам будет проще общаться с вами в неформальном стиле, нежели вам — пытаться выразить нам свою признательность в таких витиеватых выражениях, — отозвался реликварист.
— Смею надеяться, что при переводе хоть немного, да потерялось, — усмехнулся Вепперс. — Но теперь мне понятно, зачем нам это нелепое приспособление в придачу к маскам.
Под нелепым приспособлением Вепперс понимал нечто вроде шлема, в который был облачен каждый участник переговоров. От шлемов отходили шланги, тянувшиеся к центральной смычке. С помощью таких устройств они могли говорить и слушать, не опасаясь чужого уха. Вепперсу вся эта схема показалась крайне надуманной, но, видимо, в их век сверхквантовой дешифровки с фазовым анализом суперпозиций это было последнее, о чем могли бы подумать вражеские шпионы. Науптрианская Реликвария была очень высокого мнения об этом устройстве и настояла на его использовании.
