Чертежи волшебства полностью

Выбравшись из кресла, Шимаэл приоткрыл дверь и прислушался. Из трюма доносился топот ног, возня и чьи-то невнятные проклятия — погрузка была в самом разгаре. Он оставил небольшую щель, чтобы услышать, если кто-то решит подняться в кабину, и присел на корточки возле капитанского рюкзака. То, что затеял Шимаэл, явно выходило за рамки дозволенного, но зуд в руках был слишком силен, чтобы с ним мириться. Тем более что, даже поймав его с поличным, Риккардо уже не мог сделать с ним что-то сверх того, что и так собирался.

Сверху, под самым клапаном, лежала одежда и футляр с бритвой. Шимаэл постарался запомнить, как располагались вещи, и копнул глубже. Его рука наткнулась на папку с документами. Воистину, Риккардо терпеть не мог электронный документооборот и доверял лишь бумаге. Уже вытаскивая папку на свет, Шимаэл отметил, что она заметно толще, чем та, что имелась в его распоряжении.

Внутри, действительно, оказалась еще одна копия отчета Теодора, но уже более полная — после того, места, где обрывался экземпляр Шимаэла, набралось еще около десятка страниц. Поколебавшись пару секунд, пилот схватился за эти листы и самым беспардонным образом выдрал их из папки. Маловероятно, чтобы Риккардо вздумалось в ближайшее время освежить свои познания.

Убрав папку на место и восстановив исходное состояние вещей, Шимаэл снова завязал рюкзак и вернулся в кресло. Читать он начал еще на ходу.

«Оказаться в рядах Служителей — тайная мечта любого клиссита, однако многих отпугивает высокая цена, которую приходится платить за такую честь. Жизнь Советников и Жриц всецело посвящена их Служению. Они, фактически, превращаются в живые машины, послушные орудия, изо дня в день исполняющие волю своей богини. Никакой личной жизни, никакого имущества, ни секунды свободного времени и весьма суровые наказания для провинившихся. Вплоть до смертной казни».

— Да они по любому поводу готовы сеять смерть направо и налево, как я погляжу, — буркнул Шимаэл, припомнив суд Верховной Жрицы.

«На первый взгляд, трудно понять, почему люди так жаждут возложить свои жизни на алтарь служения Сиарне, но, насколько мне удалось выяснить, посвящение в Служители, помимо груза обязанностей, влечет за собой и целый набор приятных бонусов. И вот тут-то начинается самое интересное».

— Куда уж интересней! — Шимаэл взял следующую страницу.

«На тыльной стороне правой кисти у каждого Служителя имеется черная татуировка, именуемая Печатью Сиарны. Ее форма уникальна для каждого человека, а ее размер и сложность рисунка отражают положение данного Служителя в иерархии. Причем, насколько я понял, этот рисунок проявляется самопроизвольно, без чьего-либо участия. Данная татуировка выступает в качестве универсального пропуска, открывающего перед Советниками и Жрицами любые двери. Достаточно лишь взмахнуть рукой».

— Теперь понятно, почему Оди весь вечер не снимала своих перчаток. А потом… потом было темно.