– Если мы этого не сделаем, то все умрем, – сказал Уош. – А если сделаем, тогда есть шанс, что Зои и Джейн выберутся оттуда, в идеале – вместе с Мэлом – до того, как взорвутся ящики. Мне такой вариант тоже не нравится, Кейли, но других я не вижу.
Кейли прикусила нижнюю губу, затем медленно, неохотно кивнула.
– У них мало времени. Им нужно поторопиться, иначе они погибнут.
– И мы тоже, – сказал Уош, запуская двигатель погрузчика.
Там, где был Мэл, было темно. Тепло. И почему-то уютно. Хорошее место. Он хотел остаться там.
Но вдруг возникла боль. Появился свет. Мэл с трудом попытался сделать вдох.
Какой-то мужчина прижимался своими губами к его губам.
– Стой, стой, стой! – завопил Мэл, резко садясь. – Стю? Какого хрена, приятель?
Стюарт Дикинс отклонился и сел на пятки.
– Ты вернулся, Мэл. Слава Богу. Мне показалось, что мы тебя потеряли.
У Мэла возникло такое чувство, словно его горло обложено наждачной бумагой. Говорить – и даже дышать – было больно. Ему показалось, что его голова крепится к остальному телу тоненькой ниточкой. Но он был жив. Святая Матерь Божья, он был жив!
Моргая, он огляделся. Здесь Дэвид Зубури. Хантер Ковингтон. Желтый Плащ. Здесь все «бурые» – и вид у них слегка недовольный. Правда, никаких следов Тоби Финна.
И еще Зои. Джейн. Они тоже здесь?
– Сэр! – крикнула ему Зои через всю пещеру. – Рада, что вы с нами.
– Я тоже. Почему вы так поздно?
– Ой, ну вы же знаете – то одно, то другое.
– Стю, ты меня реанимировал?
– Да.
– Так вот почему ты меня целовал. По крайней мере, я на это надеюсь.
– Ты спас меня на Нью-Казимире, – сказал Дикинс. – Я решил, что могу сделать для тебя хотя бы это.
– В следующий раз постарайся выражать свою благодарность менее интимным способом.
Дикинс улыбнулся.
– Непременно. Я тоже особого удовольствия не получил. В последнее время ты не брился и уже зарос щетиной.
– Змея! – завопил кто-то. – Предатель! Проклятый Иуда!
Внезапно на них бросился Донован Филипс. В руках он держал «Молот свободы». Он навел его на Стюарта Дикинса и выстрелил.
Верхняя часть головы Дикинса растворилась в алой дымке. Дикинс накренился набок; его лицо не выражало ничего, кроме полного непонимания.
Мэл задвигался – гораздо быстрее, чем можно было ожидать от человека, который только что вернулся с того света. Он прыгнул на Филипса и схватил его руку, державшую оружие. Они сцепились; каждый пытался завладеть пистолетом. В данный момент Филипс был сильнее – ведь его сейчас не вешали. Однако на стороне Мэла была ослепляющая, всепоглощающая ярость. Стюарт Дикинс доказал, что он всё-таки порядочный человек, а этот подонок застрелил его – сзади, как трус.
Неожиданно «Молот» оказался в руке Мэла, и тот не стал медлить. Покрытое шрамами лицо Филипса исказилось от ужаса. Он поднял руки вверх, сдаваясь, но Мэл не был настроен его прощать. Он выстрелил в упор, прямо в сердце, и Донован Филипс умер еще до того, как рухнул на пол пещеры.
«Бурые», охваченные ужасом, взревели от шока и неодобрения. Они, похоже, совсем забыли про Зои и ее детонатор – пока она не обратила на себя внимание, дважды выстрелив в потолок. Это их немного успокоило.
– Просто небольшое напоминание, – сказала она. – А теперь вы нас троих отпустите. И не будете нам мешать. Повторяю: я готова в любой момент отпустить эту кнопку. Не дайте мне повод… Сэр?
Мэл уже встал на ноги и пошел прочь от буровой установки – но не к Зои и Джейну.
Тоби Финн исчез. Смылся, пока Мэл лежал без сознания. Из пещеры вел второй тоннель – не ко входу, а в противоположном направлении, – вероятно, дальше вглубь. Тоби мог уйти только туда.
Мэл твердо решил его догнать. Ему хотелось перекинуться с Тоби парой слов.
– Сэр! – крикнула Зои ему вслед, но Мэл не обратил на нее внимания. Он двинулся по тоннелю, спотыкаясь на неровном каменном полу.
– Тоби! – позвал он. – Тоби, я просто хочу поговорить.
Чем дальше он углублялся в тоннель, тем слабее становился свет из пещеры. Вскоре он уже шел более или менее вслепую, нащупывая дорогу вытянутой перед собой рукой. В другой руке он держал «Молот свободы».
– Тоби? Слушай, дружище, не убегай. Давай во всём разберемся. Мы же когда-то были друзьями. Почему бы нам снова ими не стать? – Слова Мэла опровергал пистолет в его руке. На самом деле, Мэл был одинаково настроен как помириться с Тоби, так и застрелить его. Многое зависело от того, как поведет себя Тоби. Если он проявит хотя бы крупицу сожаления или раскаяния, Мэл, возможно, – всего лишь возможно – мог бы его простить. – Ну же, приятель. Давай…
Не будь его мозг всё еще затуманен после повешения, Мэл уклонился бы от удара. Но удар стал для него полным сюрпризом: кто-то мощно врезал ему по лицу рукоятью пистолета, сбив с ног. «Молот свободы» вылетел у него из рук и заскользил по полу. У Мэла закружилась голова, и он стал глотать ртом воздух.
– Нет, Мэл, – ответил Тоби, черный силуэт во мраке. – Мы не сможем снова стать друзьями. «Четырех амигос» уже не будет, потому что ты все испортил.
Перед глазами Мэла возник ствол пистолета. Его собственное оружие лежало в нескольких ярдах, за пределами досягаемости.
