Выходя из зала после концерта, Леська почувствовала чей-то взгляд, и в легкой панике обнаружила, что давешняя каланча поспешает вслед за ней. Быстро протолкнувшись с Сашкой через образовавшуюся в дверях пробку, они выскочили на свежий воздух и, недолго думая, завернули в тень за угол. Высокий парень, так внезапно оказавшийся магом, вышел, едва подруги успели скрыться, огляделся вокруг. Неизвестно, что бы он предпринял дальше, но тут к нему подошел, видимо, его приятель и отвлек его сигаретой.
Пока они курили и беседовали, Сашке кто-то позвонил, и она отошла поговорить, а Леська от нечего делать с любопытством рассматривала загадочного хлопца. А посмотреть было на что. Мало того, что он возвышался над толпой – метр девяносто, не меньше, так еще и вид имел весьма экстравагантный. Яркие глаза, в свете фонарей не разглядишь какого цвета, треугольное лицо, четкий рисунок губ, длинные русые волосы, типаж Леська определила как скандинавский, хотя скандинавы довольно-таки коренасты, а этот был худой и стройный. Любопытно было наблюдать за его мимикой: из серьезного северного блондина он мигом превращался в проказливо ухмыляющегося типа хулиганской наружности и наоборот. На руках у него сверкали многообразием кольца, самые странные. Леська задумчиво посмотрела на свои пальцы, тоже унизанные с избытком, и хмыкнула. Плетение металла – самая крепкая форма для содержания магии. Внезапно она поймала себя на мысли, что столь привлекательный парень наверняка не отличается прекрасным характером и вообще, наверно, обладает целым букетом ужасных недостатков, и честно попыталась рассмотреть хоть какие-нибудь их признаки, но увы, пока что он ей… нравился. Осознание этого чувства девушку не порадовало. «Но ничего, мало ли, - подумала она, - может, во мне просто, наконец, пустила корни филантропия, и этакая вселенская симпатия к людям…» В этот момент прохоящий мимо подросток наступил ей на ногу, и Леська поняла, что погорячилась, и до вселенской филантропии ей как до луны. Блондин с другом тем временем докурили, спустились к стоянке, и уехали на мотоциклах.
Сашка договорила, и они неспешно отправились на остановку.
* * *
На следующее утро первую пару подруги, не сговариваясь, проспали, а когда встретились в университете перед второй, поняли, что лучше бы проспали еще и вторую.
– Ё-мое, зачем я пришла? – риторически просипела Сашка, зевая во весь рот.
– Опять на концерте были? – повернулась к ним с передней парты Оксана – староста и отличница группы.
– Были, – подтвердила Леська, не поднимая головы со стола.
– А кто пел?
– «Сплин».
– Фу! – выразив свое мнение, Оксана отвернулась. Сашка выразительно посмотрела ей в спину, но Леська предупреждающе пнула подругу ногой – не смей колдовать. Та разочарованно выдохнула и тоже навалилась на парту, грюкнув о стол всеми многочисленными цацками. Сидящая за соседней партой Витка вздрогнула и спросила:
– Девочки, у вас шеи не отваливаются от этих побрякушек? На фига вы столько на себе таскаете?
Подруг спрашивали об этом не первый раз. Одна только Витка задавала этот вопрос как минимум раз в неделю, хотя училась с ними уже пятый год. Видимо, ее обостренное чувство прекрасного и любовь к классическому стилю регулярно оскорблялись видом двух увешанных феньками одногруппниц. Леська лениво ответила то же, что и всегда:
– Потому что красиво!
Витка решила развить тему.
– Красиво, это когда в меру.
– Вит, заткнись, – сонно пробормотала Сашка.
– Вон у Марго всё гармонично, - не унималась одногруппница, – Марго – гадалка, ей надо имидж поддерживать, так что все эти ее подвески играют на образ.
– Из Марго гадалка что из свиньи балерина, – Сашка мигом оживилась. Она на дух не переносила девчонку из параллельной группы, которая одевалась как ходячая реклама шабаша, утверждала, что является «белой ведьмой», и обставляла свои гадания с пафосом.
– Не скажи, она на этом зарабатывает, значит, она профессионал.
Подруги промолчали. Не объяснять же непосвященным, что если гадалка берет деньги за свои услуги, значит магического дара у нее точно нет.
– И вообще, я не о том. Просто у нее все эти цацки хоть как-то оправданы, а у вас так, тяжесть на шее, – закончила Витка.
Подругам пришлось промолчать еще раз. Некоторыми из этих «тяжестей» можно было развалить полфакультета, но вряд ли бы это откровение кого-нибудь здесь порадовало. Леська скоро выкинула неприятный разговор из головы, а Сашка глубоко задумалась.
Третьей парой был немецкий, и это было хорошо, потому что на немецком они редко напрягались. Но еще лучше было то, что эта пара была последней. Вдохновленная скорой перспективой свободы, Леська слегка оживилась. Она даже извлекла из рюкзака блокнот с пометками к будущей статье, но углубиться в них не успела. Сашка, до этого молчаливо глядящая в окно взглядом бессмысленным и отсутствующим, вдруг как-будто включилась.
– Лесь, есть идея!
– Да? – та проявила умеренный интерес.
– Да отвлекись уже от своих каракуль, слушай сюда. Идея такова: давай оказывать услуги населению.
Леськины брови изумленно поползли вверх.