С этими словами она так тесно прижалась всем своим гибким телом, что полностью стерлось восприятие разделявшей нас одежды. От такого испытания закружилась голова!
— Теперь понятно, почему он снял пиджак.
— Почему?
Геля чуть отстранилась, демонстрируя стопроцентный взгляд воспитанницы монастыря.
— Не буди во мне отцовские чувства — еще отшлепаю сгоряча!
— Согласна! — выдохнула она, вновь подаваясь вперед.
Но я был начеку и силой удержал завоеванную дистанцию. Пора и о деле подумать!
— Как он?
— Илья Борисович? Помесь индюка и павлина!
— Неужели в природе такое бывает?
— Про природу не скажу, но в жизни…
— А если без лирики?
Геля секунду помедлила и шепнула:
— Хвастал про талант делать деньги из воздуха. В меру посокрушался по поводу гибели Носова: головастый, мол, был парень, сам зарабатывал и его, Илью, не забывал.
— Все? — не сумел я скрыть разочарования.
Девушка огорченно вздохнула.
— Ой, чуть не забыла! — встрепенулась она. — Распинался еще про солидную клиентуру банка. Особенно хвалил каких-то московских воротил, с которыми патрон лично имел контакты. Даже огорчился неизбежной теперь потерей этих больших денежных поступлений.
— Вот как?
— Да! «Лопнула кормушка» — так он выразился… Это важно?
Что сказать? Я и сам не знал: важно или нет. В любом случае появилась пища для размышлений. Большего в такой обстановке от Ильи Борисовича ожидать глупо, а на рожон лезть рано.
— Пора закругляться.
Геля снова развеселилась.
— Фи, как скучно! Мой красавчик, напротив, собрался продолжить вечер в таинственном гнездышке с шампанским и свечами!
— Где оно?
— Квартира? Для этого придется принять приглашение!
— Лучше убей меня сразу!
Но она не воспользовалась моим опрометчивым предложением и гордо прошествовала к столику, позволив полюбоваться волнующими покачиваниями округлых бедер.
Илья Борисович, встревоженный перспективой пить шампанское и жечь свечи в одиночестве, обрадовался девушке, как ребенок новой игрушке. Но эскорт в моем лице поубавил энтузиазма в поросячьих глазках.
— Знакомьтесь: это — Илья, а это — мой двоюродный брат Костя! — радушно представила нас друг другу Геля.
Слово «брат» притупило остроту шока, но рукопожатие получилось вялым.
Дама взяла инициативу в свои руки: как здорово, что Костя случайно оказался в ресторане — она может познакомить братика с таким замечательным человеком, как Илья Борисович! Возможно, выдающийся финансист поспособствует толковым советом начинающему бизнесмену! О-о, страшно загадывать, но Илюша вдруг да станет Костеньке старшим партнером!
Играла она вдохновенно, обжигая будущих товарищей по бизнесу пламенем бесовских зеленых глаз, то и дело наполняя быстро пустеющие рюмки «за дружбу, любовь и коммерцию». Очумевший Илюша старался для разнообразия вспомнить про «милых дам», но на очередной попытке сломался.
Опьянение у людей проявляется по-разному: иные дуреют, буянят и отравляют жизнь окружающим, другие — безобидно засыпают, третьи ударяются в меланхолию… Илья Борисович продемонстрировал абсолютно новый для меня образ — он попросту закостенел! Бессмысленный взор, плотно сжатые губы, застывшие члены, согнутые в суставах.
Все наши старания вывести несчастного из транса ни к чему не привели.
— Безнадежен! — поставила диагноз Геля.
Такой оборот рушил весь план, задуманный Никодимычем.
Но неприятности только начинались. Следующая не замедлила явиться в образе удалого чернобрового гражданина в традиционном спортивном костюме «Адидас». Сын гор возжелал танцевать с Гелей, игнорируя все нормы этикета. Ладно, Илюшу в его состоянии вполне можно было принять за неодушевленный предмет интерьера, но второй-то мужчина живой и пока здоровый!
На справедливое замечание красавец отреагировал своеобразно:
— Сы-колько?
Самое интересное — вопрос задавался мне! Все было в жизни, только за сутенера еще не принимали…
— Иди, дарагой — у тебя дэнег не хватит!
Обвинение в бедности — самое унизительное для таких.
Парень пропал, но сразу же вернулся с двумя близнецами, выгодно отличавшимися от него ростом и весом.
— Вийдем! — предложила троица хором.
— Очень не хочется, ребята…
Не всегда разумные предложения истолковываются верно. Заводила посчитал себя хозяином положения и грубо схватил Гелю за руку. Девушка едва заметно побледнела, но отреагировала молниеносно: бокал с клюквенным морсом полетел в плохо выбритую смуглую рожу.
Шансы на мирный исход международной встречи разлетелись вместе с осколками стекла. Поэтому мой кулак незамедлительно вошел в контакт с челюстью одного из близнецов, а пружина правой ноги отбросила облитого «джентльмена» на второго. Разъяренная Геля метнула в образовавшуюся на полу кучу бутылку с недопитым шампанским.
Кто-то взвизгнул, загрохотали опрокидываемые стулья.
С пола поднялся один из трех, но сзади к нам спешила целая толпа его земляков.
— Дело — дрянь! — ободрил я девушку.
— Не слепая!
Помощь — на то и помощь, чтобы приходить неожиданно. Один из моих соседей по столу — тот, который не успел рассказать про колбасу, — вдруг взобрался на стул.
