— Он такой маленький, что потеряется там! — парировала плутовка и пошла собирать вещички.
— Как-то надо избавиться от хвоста — наверняка за домом смотрят, коль мы все трое здесь.
— Не взвод же у них там! — спокойно рассудил шеф.
На улицу я вышел первым. Осмотрелся. Вот они: метрах в десяти от арки — белый «жигуленок». За рулем — один, двое — рядом на лавочке, курят. Крепкие ребятишки в спортивных костюмах и кожаных куртках…
Старенькая «Волга» Никодимыча, на которой ездил еще его отец, стояла справа от подъезда.
Я деловито обошел красавицу, постучал носком ботинка по шинам — это означало, что можно выходить.
Они появились из подъезда под ручку, улыбаясь и мило щебеча. Шеф сел за руль, Геля — рядом на переднем сидении. Тронулись, помахав на прощание ручкой. Я вроде бы направился в противоположную сторону.
Почти под аркой мотор заглох — вот незадача! Несколько раз прокашлял стартер — безрезультатно.
Никодимыч вылез, окликнул меня и призывно махнул рукой. Я трусцой приблизился, уперся в багажник. Водитель вновь занял место за баранкой.
Всем известно, что ГАЗ-21 — почти танк по весу. Через минуту моя спина вспотела. На помощь поспешила Геля. Она красиво оперлась о багажник рядом, изображая могучего толкателя. Куда там!
— Эй, мужчины! — обратилась девушка к нашим хвостовикам. — Спасли бы женщину! А то мой помощник хлипковат!
Оба удара — в точку: хорошенькая женщина молит о спасении, и есть возможность унизить ее дохляка-приятеля.
Ребята прервали свое наблюдение со стороны, и нас стало пятеро.
— Ты бы отошел, сокровище! Только под ногами мешаешься! — предложила Геля, прильнув «случайно» бедром к самому здоровому из трех.
— Да уж! — согласился тот. — Навались! А вы тоже отойдите…
Геля благодарно улыбнулась и юркнула в машину.
То ли ребята хорошо постарались, то ли Никодимыч снял ручной тормоз, только машина мягко тронулась, мотор взревел, и в следующий миг шеф с визгом вырулил на проезжую часть улицы.
Ребята растерянно посмотрели вслед стремительно удаляющейся машине и, опомнившись, бросились к своей. Здесь их ожидал неприятный сюрприз в виде меня за рулем.
— Никогда не оставляйте ключ в замке зажигания! — назидательно посоветовал я, отпуская педаль сцепления.
Вы когда-нибудь видели отчаяние туземных охотников, упустивших вожделенного носорога?
Я с комфортом доехал почти до больницы, припарковался и протер платком руль. Затем заботливо запер машину, оставив ключи внутри салона. Надеюсь, у них найдется запасной комплект?
Неторопливым шагом я миновал оставшиеся пару кварталов, с удовольствием подставляя лицо легкому теплому ветерку. Пока прогноз местных синоптиков, как это ни странно, сбывался: переменная облачность, возможен кратковременный дождь. Обычно при таком объявлении следовало ждать грозу, или, как минимум, затяжную сырость в виде взвеси капель воды, от которой не спасал ни один зонтик. Но сейчас в небе плавало несколько безобидных облачков, похожих на разрывы мелкокалиберных зенитных снарядиков.
На этот раз проникновение в обитель милосердия произошло без эксцессов. Дежуривший у палаты милиционер отреагировал спокойно, предупрежденный насчет меня своим начальством — обещание Сысоев сдержал.
За минувшие сутки Светка поотошла, выглядела гораздо лучше и даже улыбнулась при виде горки немытых яблок, купленных мною впопыхах в ближайшем овощном магазине.
— Типичный мужской подход, — вздохнула она. — Но мне, признаться, приятно — спасибо!
— Извини, я практически не был дома.
Она внимательно оглядела меня и озабоченно произнесла:
— Да ты весь избит!
Хорошо еще, что я не повернулся спиной — шлепок пластыря с бинтом на затылке расстроил бы бедняжку окончательно.
— Чепуха…
— Ничего себе!.. Ты, что, продолжаешь их… искать?
В глазах искренний испуг.
— Не волнуйся — все нормально! Лучше докладывай, как самочувствие.
Попытка перевести разговор не удалась.
— Костик, я прошу — ради меня, — брось это дело! Милиция сама разберется!
— Видишь ли, милая, не всегда можно достичь успеха официальным путем. Иногда частное расследование дает куда более интересные результаты.
— Я умоляю тебя! — выкрикнула Светка отчаянно и без сил откинулась на подушки.
— Успокойся! — испугался я, схватив ее за руку и кляня себя за черствость. — Пусть будет по-твоему!
Она молча смотрела в потолок. Потом перевела взгляд на меня. В глазах боролись сомнение с желанием верить. Победило первое.
— Нет, ты не отступишь! — мрачно произнесла Светка. — Тем более раз задето твое «я»!
Эта женщина неплохо разбиралась в психологии, особенно — в моей.
— Н-да… Тогда я хочу быть в курсе…
— В курсе чего?
— Всего!
Светка подложила под спину подушку и села, готовая слушать.
— Неразумное предложение!
— Костик, я имею на это право по многим причинам! Перечислить?
— Не стоит…
— И, думаю, могу быть полезной хотя бы потому, что лучше других знала Виктора!
Весомый аргумент — ничего не попишешь.
— Прошу, не лишай меня права на возмездие!
Это прозвучало чуть высокопарно, но с такой искренней болью, что разрушило последние сомнения.
