– Да что ты ерунду говоришь? В пятницу я с семьей, в театре был.
– Я тебе говорила, на меня сосед писал жалобы. Мне написали явиться. Я пришла. По кранам ерунда, сказали, мы должны реагировать. А потом посмотрели регу: я по другому адресу, это нельзя. Еле отпустили.
– Надо было кран починить. Зачем тебе провоцировать? Привлекать к себе внимание? Вечно у тебя происшествия!
– [Пошел он на хуй!] Что я сделала? Преступление какое? Или я ебалась с кем-то в кустах? Что ты говоришь?
Ух! Меня как водой окатило! Ничего себе метафоры! Это уже на грани фола. Такого прямого перехода я не слыхивал. И подумать не мог. На миг выбило самообладание. Такое разве возможно? Аж дух захватывает!
– Ладно, успокойся! Все будет хорошо.
– А как ты вылезла?
– Я заняла. Ночью искала. Надо сейчас отдать.
– Давай я тебе переведу десятку.
Вот это девушка! Какое-то время меня живо занимал заданный ей образ. Вот так спокойно говорит об этом!…
Наверное, в другое время жизни я бы сказал: это что-то несуразное! Какая-то рыночная хабалка. Это девушка не из моего мира. И даже бы не приблизился к такой. Но сейчас реакция была совершенно другая. У меня никогда не было подобной девушки. Способной на такие эпитеты и метафоры! Это девушка из другого мира. Из народа. И в него можно заглянуть! Очень интересно, что в нем!
– Привет! Ты как? Как здоровье?
– Почки болят.
– Еду в командировку. Казань, а потом Питер. Поедешь же со мной?
– Ну давай.
Выбираю отель. Воображаю. Это настоящее романтическое путешествие! Хочется, чтобы для дамы это было незабываемо. А для меня оно по определению станет таким, если это желание сбудется.
По пути на вокзал получаю неожиданный вопрос (билеты высылал):
– На каком вокзале?
– В Питер на Ленинградском!
Сели в поезд. И тут вдруг – на место перед нами – заходят и усаживаются мои знакомые коллеги, участники той же конференции. Не хватало! Знакомлю: это наш менеджер, будем на конференции вместе!
У «менеджера» смешная шапка с помпушкой. И очень нерабочий вид. Но главное, не поговорить. Пошли в вагон-ресторан. Места заняты. Сели Напротив мужика: читал газету, попивал пиво. Думаю, ему было небезынтересно послушать.
– Так ты давно в Москве?
– Два года.
– Ну и как она тебе?
– Нравится! Москва – это мое! Здесь моя энергетика, мои возможности!
– Как же ты заболела?
– Тяжело мне Москва дается. Бомжевала…
– Сначала с подругой жила. Работу нашла в баре, но потом владельцы поменялись, бар закрыли. Долго искала новую работу. С квартиры пришлось съехать. Искала новую… Заселилась даже к таджикам… В коллективную квартиру… Какое-то время пришлось ночевать на вокзале… Зимой ходила в кроссовках. Все время холодно было. Тогда, наверное, почки и застудила.
– А зачем приехала в Москву?
– А что делать у нас? Нищета. Картошку в огороде копать?
– Мне это немного понятно. Люблю романы, в которых девушка из провинции приезжает покорять Москву. Это всегда энергия борьбы, подъема, борьбы с препятствиями. Мыкается, вплоть до подворотен, цепляется за возможности, не сдается, и наконец побеждает. Почитай романы Берсеневой.
– Нет, мне это неинтересно. Я это знаю изнутри.
– Россиянкам легко. А вот из-за границы поезди! Тебя на работу никто не берет. Каждые три месяца надо возвращаться. Первый встречный мент приебывается.
– Меня вот уже много лет не останавливали. Они нутром чуют, кого остановить.
– Да, это их бизнес. У меня в регистрации дырка образовалась, в метро останавливает. В комнату свою привел, один. Говорит, или давай десятку, или давай натурой.
– Что, вот так сразу предлагает?
– А что им? У них это на потоке. Если без реги, ты все, в их руках. У меня денег не было. Стала искать по друзьям. Еле нашла, перевели десятку.
– Живешь без медицины, без полиса? И заболела?
– Да, слабость, появилась тошнота, стали боли появляться. В больницу обращаться, дорого. Думала, пройдет.
– Почки сами не проходят.
– Когда уж совсем невмоготу стало, приехал брат. Из Питера. Он там живет и работает, с семьей. Отвезли в больницу. Они посмотрели, узи сделали. Сказали, что пизда почке. Удалять надо. А на это деньги нужны! Ничего делать не будут.
– Ничего себе! Вот так просто отпустили?
– А я уже и двигаться сама толком не могла. Желтушная вся. Так брат взял меня в охапку, и практически на руках, отнес на поезд домой. Лежала, даже встать не могла. Несколько дней не писала.
– А дома что, лучше, что ли?
– А что, если Молдова, то там все хуевое? И врачи не лечат? Там в Бельцах как раз врач нашелся, мирового уровня! Посмотрел и взялся за операцию. Сказал, удалить всегда можно. Резал в четырех частях, практически склеил почку. Еще бы неделя, и уже ничего нельзя было сделать. Решили, молодая, может еще срастется.
– Еще и месяца не прошло?
– Ну а хуйли лежать? Мне сказали, полгода нужно лежачий режим, дома оставаться. Ну а как же это? Мне за квартиру платить. Нужно сюда ехать.
– А сейчас болит?
