Я помотала головой. Я не могла позволить себе отвлекаться. Бакуда, вероятно, использовала металл и пластик, и высокочувствительные органы насекомых должны хорошо отличать эти материалы от обычной текстуры стен. Я попыталась отфильтровать ощущения обычных материалов и сосредоточиться на ощущениях пластмассовых или металлических предметов. Всего в нескольких шагах от входа я обнаружила две выпуклости из металла и пластика по обе стороны от лестницы, ведущей на второй этаж.
— Там что-то есть, — сказала я. — Секундочку.
Я воспользовалась хитростью Мрака — собрала группу насекомых в плотную, смутно напоминающую человека форму. Я переместила эту массу насекомых через дверь к месту, где находились небольшие выпуклости.
Взрыв разнёс немалый кусок наружной стены ближайшего к нам здания. Люди, находившиеся внутри, и так нервничавшие из-за притока насекомых, бросились врассыпную, закричали, побежали к выходам.
— Хренасе! — глаза Тритона широко распахнулись.
— Думаю, сработали датчики движения, — сказала я. — Или заряды, активируемые при приближении. Они обычно не срабатывают на насекомых, мне пришлось их обмануть.
Земля была слишком твёрдой для мин, потому я сосредоточилась на том, чтобы провести насекомых через остальную часть здания, обшаривая поверхности и труднодоступные места. Я нашла ещё две ловушки, убедилась, что рядом с ними нет людей, и использовала тот же метод, чтобы взорвать их. Языки пламени, дыма и обломки были видны даже с того места, где мы сидели, пригнувшись.
— Двадцать или тридцать безоружных и полураздетых людей на первом этаже, десять в помещении выше, вооружены — сказала я. — Я постаралась очистить путь от ловушек. Двигаем!
Сука рванулась вперёд, Тритон последовал за ней, отставая всего лишь на несколько шагов. Он полу-бежал, полу-крался, его хвост извивался позади, возможно, помогая сохранять равновесие.
Когда Сука и её псы врезались в железную дверь, закрывающую погрузочную площадку и проломились сквозь неё, Тритон перехватил первых людей выбирающихся через пожарную дверь с торца здания. Он быстро делал огромные прыжки, перемещаясь от одного человека к другому, мгновенно сбивая их с ног. В этой группе было множество женщин, и я сейчас сама увидела то, что узнала через моих насекомых — девять из десяти людей в этой группе, состоящей из азиатских мужчин и женщин, были одеты только в нижнее бельё. Работорговля? Проституция? Что-то похуже? Я почувствовала, как по телу побежали мурашки.
Когда он рванулся к зданию и быстрее молнии проскользнул в открытое окно — я почувствовала, как Тритон слегка зацепил несколько моих насекомых. Каждое из коснувшихся его насекомых упало со стены, или прямо из воздуха на землю — живое, но оглушённое.
Я вспомнила прочитанное о нём в сети. Информации было мало, поскольку команда Трещины была не из тех злодеев, что появляются в заголовках газет или на ТВ. Было сложно отделить правду от домыслов, в том, что было о нём известно. Я точно знала, что жидкости его тела были сильными галлюциногенами. Даже капельки его пота, выделившейся на коже, было достаточно, чтобы отправить кого-нибудь в бессознательное состояние, при этом он впитывался через кожу всего за несколько секунд.
Я обратила своё внимание на происходящее внутри здания. Тритон был на втором этаже, вероятно уклоняясь от выстрелов и приближаясь к находившейся в офисе группе людей. Мои насекомые окружили их, жалили руки и лица. Я заставляла их заползать в носы, уши и рты, чтобы сбивать прицел тех людей, которые могли бы подстрелить Тритона.
Кайзер, Фенья и Менья атаковали с противоположной стороны здания. Они привлекли внимание большей части вооружённых членов АПП и патрулей, оставив Суку и её псов среди пятнадцати-двадцати безоружных, раздетых, паникующих людей. Мои насекомые чувствовали, как она отдаёт своим псам множество команд.
Я запоздало поняла, что кто-то заблокировал путь, по которому Сука могла бы добраться до места стычки. Края барьера были тонкими и острыми. Клинки? Это значило, что барьер был создан Кайзером. Он преднамеренно не хотел пускать нас туда, или просто отрезал АПП пути отступления?
Я не могла почувствовать, что делает Тритон, поскольку мои насекомые не могли его коснуться, однако, я могла чувствовать колебания воздуха, сопровождающие его перемещения, замечать насекомых, вошедших с ним в контакт до момента их выхода из строя, и я чувствовала, что люди вырубаются, когда Тритон перемещается среди них, отключая каждого одним касанием. Один или двое отключились даже без его прикосновения. Что-то ещё? Кровь? Плевок?
Остался только один. Он и Тритон кружили по помещению. Мои насекомые были неэффективны против него, поскольку он носил что-то вроде нашейного платка на лице.
Нет, погодите-ка, там был ещё один человек, позади Тритона. Как же я его не заметила?
Затем первый исчез, и я всё поняла.
Я схватила телефон, открыла контакты и вызвала Суку.
— Давай, отвечай, ну отвечай же, — шептала я в трубку.
