Они пришли все, даже Кукла. А ещё здесь были Баланс, Цитрин и женщина с водяными силами. Я не могла вспомнить её имя. Лигейя? Теперь у неё был костюм. Ну или скорее вечернее платье, с брошью в виде раковины и маской.
Я удивилась тому, что Баланс прибыл сам. Даже больше, чем я удивилась появлению Куклы.
Флешетта, которая теперь звалась Рапирой, стояла в сторонке. Она была одета в чёрный костюм, который, как я была уверена, был создан из одного из моих неудавшихся костюмов Сплетницы. Он включал в себя несимметричные ремни, сапоги, броню и перчатки, закрывавшие те места, где я пыталась его украсить. Её маска представляла собой непрозрачную панель, как у Стояка, но только чёрного цвета и с серебряной отделкой по краю.
— Ты в своём старом костюме, — сказал наконец Мрак.
— Не было возможности сделать новый, — сказала я.
— Она не шутит, — сказал Регент бесстрастно. — Видимо, была слишком занята на лесоповале, или мыло в душе роняла...
— Не могу поверить, что ты взяла и стала героиней, — сказала Чертёнок. — Что за хуйня? Схера ли ты получаешь приглашение в Стражи, замочив одну из главных кейпов?
— Долго объяснять, — ответила я.
— Ты как, справляешься? — спросил Мрак.
— Не так хорошо, как мне бы хотелось, — сказала я. — Но выживаю. Вы, ребята, не переживаете, бросая свою территорию вот так?
— Эй! — вмешался Регент и наставил на меня палец. — А ты разве не должна сначала зачитать нам наши права, а уже потом устраивать допрос?
Чертёнок фыркнула, а Мрак стукнул Регента по затылку, чуть сильнее, чем следовало.
— Всё хорошо, — сказала Сплетница и ухмыльнулась. — Мины-ловушки, немного дезинформации, и я уверена, что на один день мы можем отлучиться. Будем с нетерпением ожидать возвращения домой, чтобы посмотреть, как кое у кого подгорит. Например, у отца Регента.
— Это безопасно? — спросила я. — Я имею в виду, да, мы уделали парочку монстров, но это же Сердцеед. Если вы проиграете ему, то последствия будут, ну… необратимы. Невозможно отменить его силу.
— Как я уже сказала, всё нормально, — Сплетница пожала плечами.
— У тебя есть команда? — спросил Мрак. — Или ты с нами?
— Без понятия. Насколько я знаю, я независима, — сказала я. — Я пока не совсем понимаю, что это означает, но, думаю, я просто буду делать то, что на данный момент работает лучше всего.
— Не с этого ли ты начала, когда впервые связалась с нами? — спросила Сплетница.
На это у меня ответа не было, так что я пожала плечами. Мои глаза следили за тем, как Рапира отошла в сторону, чтобы поговорить с Ратоборцем. Он вручил ей арбалет и колчан с болтами, похожими на иглы.
Когда она взяла колчан, он сжал её запястье и что-то негромко сказал. Она кивнула и ответила что-то, чего я не смогла услышать, после чего он её отпустил.
Они разошлись, не сказав ни слова — он вернулся к команде, Рапира присоединилась к Кукле.
Я хотела что-то на счёт этого сказать, но что? Она не производила на меня впечатления двойного агента, но мне показалось, что за этим стоит нечто большее.
Я переключила своё внимание обратно на Неформалов, и мой взгляд остановился на Рейчел. Она сидела на рампе позади корабля, окружённая собаками. Она чесала Ублюдка, забираясь под шерсть ногтями.
Наконец-то у нас появилась возможность поговорить, но мне было нечего сказать. Молчание ранило меня больше, чем любые осуждения и оскорбления.
— Я не знаю, как сказать это красиво, — сказала я. Мне пришлось замолчать, поскольку я заметила поблизости героя, который направил в мою сторону камеру. Без разницы, я всё равно это скажу. — Но вы, ребята, очень много для меня значите. Мне жаль, что я не говорила этого раньше, но я не хотела, чтобы вы раньше времени догадались. В каком-то смысле вы — моя семья. Как бы жалко это не прозвучало, но я люблю вас, ребята.
Говоря это, я перевела взгляд от Мрака к Рейчел и к Сплетнице.
— Леееесби! — протянула Чертёнок. Кукла и Рапира раздражённо посмотрели на неё.
Неожиданно для себя, я улыбнулась:
— Иди нахуй!
— Ты что, специально пытаешься добиться, чтобы кто-то умер? — спросил Регент. — Сказать кому-то, что ты его любишь, и подчистить все хвосты? Это верный приговор.
— По правилам, она теперь должна умереть сама, — сказала Сплетница.
— Не говори так, — тихо сказал Мрак.
Чуть более серьёзно, Сплетница сказала:
— Давай сегодня не умирать, хорошо, Рой?
— Шелкопряд, — поправила я.
— Рой, — сказала она. — Здесь, сегодня, ты — Рой. Считай, что это на удачу. И не умирать! Я скажу это столько раз, сколько потребуется, чтобы до тебя дошло.
Я слегка покачала головой.
— Не умирать. К вам это тоже относится.
— Как мне кажется, — сказала Чертёнок, — она размякла. Причём реально быстро. Стала сопливой и розовой.
— Да ещё и другой костюм, — прибавил Регент. — Белый, светло-серый, младенческо-голубой…
— Электрик, — сказала я, улыбаясь, и спрыгнула с головы модуля, замедлив падение при помощи реактивного ранца. Понизив голос, чтобы меня никто не услышал, я ткнула Регента в грудь:
— Идите нахуй, ребята. Я так же крута как раньше. Подталкиваю детишек к наркоте, душу десятилеток, заталкиваю насекомых в глотки союзникам…
