— Такая у меня сверхспособность, но я ей не ограничиваюсь, — сказал Тектон. — Вам, ребят, помощь не нужна?
— Побереги силы.
Голем начал погружать руку в металлическую пластину, что ему дали, потом остановился.
— Я не смогу двигать рукой, если создам что-то настолько большое. Как держать руку?
— Вытяни средний палец, — предложила Грация. — Большой «пошёл нахер» Губителю.
— Это будет плохо смотреться для СКП, — сказал ей Тектон.
— Скажешь им, что это самая эффективная форма, — ответила она, пожав плечами, — что нужно было сделать как можно выше.
— Нет, — возразил Тектон, — указательный палец не многим хуже, а в Нью-Дели могут оскорбиться, когда обнаружат на месте трагедии металлическую скульптуру с неприличным жестом.
— Буква «V», — предложила Окова, сделав жест указательным и средним пальцами. Её голос дрожал, отчётливо выдавая страх. — Значит «победа». Почти так же хорошо.
— «V» — значит победа, — ответил Тектон. — Спасибо. Хорошая мысль, Окова.
«Какая лажа», — подумала я, но не стала ничего говорить. Слишком легко стать той, кто всё портит, и это разрешило глупый и мелочный спор, так что мы смогли продолжить.
А вот Окова слегка улыбнулась в ответ на похвалу, потом поморщилась, когда Грация стукнула её в руку и пробормотала:
— Такой прикол обломала!
Через мгновение улыбка Оковы вернулась.
Возможно, ей пойдёт на пользу то, что она смогла предложить конструктивную мысль. Она стала выглядеть увереннее, следуя за Грацией с нервной улыбкой на лице. Впрочем, не было похоже, что она привыкает к звукам сражения и дрожи от разрушений, что производил Бегемот.
Голем начал погружать руку в пластину. Кончики пальцев перчатки уже начали появляться, один в один как перчатка Голема. Из платформы медленно поднималась рука шириной с половину дома.
Сплав нырнул в землю и сделал круг вдоль основания, связав его с улицей. Он исчез под землёй и появился пару секунд спустя, кутаясь в плащ.
— Усиливал, чтобы на нас не упало. И опустил металлический штырь в землю.
— Могу помочь, — сказал Голем. Он погрузил в дорогу вторую руку, и несколько меньшая асфальтовая копия поднялась из земли и уткнулась в основание конструкции. Он вытащил руку, оставив слепок на месте, и повторил всё заново, так что в итоге шпиль удерживало шесть рук.
— Не уверен, насколько они помогут, когда высота увеличиться, — сказал он.
— Молодцы, вы оба, — похвалила я. Ветер пронёс мимо нас густой дым, и мне пришлось задержать дыхание и дождаться, пока тот рассеется. Нужно было столько всего учесть, а я была недостаточно уверена в этой команде, чтобы считать, что я ничего не упустила. — Ты можешь идти, когда несёшь диск?
— Думаю, да, — ответил Голем.
— Тогда вперёд!
— Начинаю понимать, почему все кейпы так хорошо сложены и круто выглядят в обтягивающих костюмах, — пыхтел Голем, когда мы направлялись к Бегемоту, — столько беготни, тренировок, постоянно надо куда-то переезжать, никогда нет времени… нормально поесть…
Он замолчал, слишком запыхавшись, чтобы продолжать. Я взглянула на него. Из-за костюма было сложно сказать, но, похоже, он был склонен к полноте.
Пока мы двигались в сторону поля боя, изваяние поднималось всё выше, огромное, как башня. Чтобы достичь такого эффекта, Голему приходилось постепенно погружать руку всё глубже, и она уже полностью скрылась внутри пластины.
Но это работало. Хорошо это или плохо, но они создали шпиль, копию руки Голема, вознёсшуюся в воздух более чем на пятнадцать метров, и ей ещё было куда расти. Двадцать метров, тридцать…
Разряд молнии ударил из облаков дыма и попал в руку.
Со стороны чикагских Стражей раздались радостные крики. Я сумела улыбнуться.
Ещё одна молния повернула в воздухе и ударила в руку. Между вытянутыми пальцами заплясал остаточный заряд.
Шпиль работал и не только защищал от молний, но и поднимал наш боевой дух. Мы сумели сделать хоть что-то, это было важно.
— Воздух теперь ионизирован, — сказал Тектон, как будто ожидая, что всем остальным этого хватит. Я примерно поняла, что он подразумевал. В следующий раз разряды попадут туда с большей вероятностью. Молния ударяет-таки в одно место дважды.
Я взлетела. Стражи последовали за мной пешком.
Неформалов мы нашли на самом краю поля боя. Они подобрали группу раненых индийских кейпов и укладывали их на спину одной из собак. Два невредимых кейпа-индийца стояли рядом с животным и выглядели очень обеспокоенно.
Я приземлилась рядом с Мраком. Он создал стену из тьмы. Не знаю зачем, но дым здесь был слабее.
— Рой, — сказал он.
Я не стала его поправлять. Он писал, что для него я навсегда останусь Рой. Или что-то в этом роде.
— Есть план? — спросила я.
— Помогаем раненым, — ответил он, — больше ничего.
Я внимательно изучила его. Было заметно, насколько зажатым был язык тела, каким сердитым был взгляд, как он двигался с непривычным для него смятением.
С ним не всё было в порядке?
— А чем Сплетница занимается? — спросила я. — Я вроде как отвлеклась немного, когда все выдвигались.
