— Потому что если ты откажешься, попытаешься уйти, сбежать или атаковать, ты провалишь испытание.
— И?
— И у меня не будет причин сдерживаться. Твоя команда умрёт, твои собаки умрут, а ты сама будешь мечтать о смерти.
— Иди на хуй, — ответила Сука, но могу поклясться, что в её взгляде на нас с Мраком читалось сомнение. Или нерешительность? Ожог повернула ситуацию так, что Сука должна была либо признать, что мы ей небезразличны, либо напасть на нас. Иначе ни она, ни собаки не будут в безопасности.
Я абсолютно не представляла, что она выберет, но чуяла, что её выбор мне не понравится.
Она размышляла.
Значит, мне придётся брать всё в свои руки. Ожог сохраняла преимущество, и Сука склонялась на её сторону. Я должна повлиять на ситуацию, чтобы наши шансы выросли.
Я выпустила насекомых с капсаицином из отсеков в броне. Против Манекена они бессильны, но могут достать Ожог. Если получится застать её врасплох.
— Это неправильно, — сказал Мрак.
— Что?
— Ты хоть читала правила Джека?
Ожог нахмурилась.
— Да. Читала.
— Тогда почему ты действуешь не так, как он? — Мрак указал на Манекена.
Он тянул время. Манекен не мог ответить, и Ожог замешкалась. И сам того не зная, Мрак отвлёк их от моих действий.
Капсаициновые жуки спускались по спине и ногам и разлетались над водой, прячась в тенях, дыму горящей резины и струйках тьмы, которые вились вокруг Мрака.
— Действую не так? Что здесь можно сделать не так? — спросила Ожог.
— Как на тебя посмотрят, если ты облажаешься? Могу представить, что Манекена накажут за проёб, но он хотя бы пытался. Ты правда думаешь, что произведёшь впечатление на свою команду, если обделаешься в самом начале? Нет, они будут чувствовать себя крайне неловко. И готов поспорить, они отыграются на том, кто виноват, — сказал Мрак.
Манекен тронул плечо Ожог. Та обернулась, а он медленно открыл рот и перекрестил его одним пальцем.
— Манекен говорит — ты врёшь.
Блядь. Жуки ещё не вышли на позиции.
— Хочешь рискнуть и проверить? — спросил Мрак.
— Ага, — сказала Ожог, и вокруг нас полыхнуло пламя.
Подкрадываться некогда. Я приказала жукам атаковать немедленно, по самым коротким и быстрым траекториям.
Они ринулись к Ожог со всех сторон, из каждого закутка и тени вокруг. Я направила их на открытую кожу её шеи, головы и конечностей.
Насекомые жалили, кусали и впивались клешнями прямо с лёту. Некоторые даже в лицо. А потом я ощутила её движение. На секунду я подумала, что она владеет сверхсилой или суперскоростью, раз так быстро рванулась в сторону. Но это была не она. Это бросился Манекен, отшвырнув её в середину горящей кучи мусора. Сидящие на Ожог жуки вспыхнули, и она мгновенно исчезла.
— Бежим! — крикнул Мрак.
Ублюдок тащил на цепи Суку, которая орала: "Вперёд!". Она лишь наполовину взобралась на Сириуса из-за раненой ноги. Мы с Мраком устремились за Ублюдком, который протаранил пылающую стену. Куски объятого пламенем мусора разлетелись и упали в горящую воду. Сука направила Сириуса в пролом, мы с Мраком старались не отставать.
Горячо!
Жар усиливался. Я, спотыкаясь, ковыляла. Рёбра пронзала боль при любой попытке хотя бы пошевелить рукой, а на мне повис Мрак — почти взрослый парень. Пламя становилось всё жарче. Мы бы справились, если бы путь занял шаг или два, но это уже шестой шаг, а мы всё ещё объяты огнём. Ублюдок далеко обогнал нас. Он пробивал проход, но языки пламени тут же смыкались за ним.
Как только мы вышли из пламени, я рухнула, и Мрак упал вместе со мной. Под нами не было огня, но я продолжала чувствовать жар — невыносимый жар и сопутствующую ему ослепляющую боль. Я горела, и лужа была слишком мелкой, чтобы погасить окружающий нас огонь, я пробовала поваляться в ней, чтобы сбить пламя, но и это не помогло.
Мрак погрузил нас во тьму. Я и раньше сражалась вместе с ним, не раз испытывала воздействие его сил, но сейчас всё было по-другому. Мне было очень больно, я хотела найти выход из ситуации, а теперь ещё и ничего не видела. Даже используя чувства роя, я была бессильна понять, что происходит, — Ожог подожгла всё вокруг, и насекомые не могли свободно двигаться. Наши враги, Манекен и Ожог, тоже были вне досягаемости. Я металась и извивалась, пытаясь погрузиться в воду, и ощущала подступающую панику
Я почувствовала на себе кого-то тяжелого — три быстрых касания по плечу. Сигнал? Мрак. Я не сопротивлялась, когда он, должно быть курткой, сбил пламя и брызнул на меня водой. Я почувствовала влагу на открытых участках кожи.
Мрак поднял меня на ноги. Жар и боль не исчезли, но логика подсказывала, что он не смог бы меня поднять, если бы на мне был огонь. Я получила ожоги, это больно, но непосредственная опасность исходит только от Ожог и Манекена.
Моя сила повсюду наталкивалась на проблемы. Везде, куда я посылала насекомых, я находила огонь. Я чувствовала себя слепцом, который тыкает палкой вокруг, чтобы понять, где он, и обнаруживает только опасность и разрушения. Картина складывалась неполная, но безрадостная.
