Он протянул руки старому другу. Они без слов поняли друг друга. Инутиё был в прекрасных доспехах. На спине Инутиё был герб в виде цветка сливы.
– Великолепно выглядишь!
Токитиро невольно залюбовался другом и неожиданно для себя вспомнил о Нэнэ, оставшейся дома, в Киёсу.
– А где ты был до сих пор?
– Ждал подходящего часа.
– Когда князь Нобунага изгнал тебя, ты не хотел поступить на службу в другой клан?
– Я могу быть верным лишь одному человеку. Я быстро понял, что изгнание прибавит мне опыта. Я благодарен князю Нобунаге за мудрый урок.
Слезы навернулись на глаза Токитиро. Инутиё понимал, что сегодняшнее сражение закончится героической гибелью всего клана Ода, и Токитиро гордился тем, что его друг не оставил бывшего господина в минуту смертельной опасности.
– Сейчас, первый раз за весь день, князь Нобунага позволил себе короткий отдых. Самое подходящее время. Пошли!
– Не спеши, Токитиро. Я не хочу попадаться на глаза князю.
– Почему?
– Я не хочу вымаливать прощения, тем более что сейчас он, наверное, готов простить каждого. И не хочу, чтобы другие именно так расценили мое появление.
– О чем ты? Мы все сегодня погибнем! Ведь и ты пришел сюда, чтобы умереть под знаменами нашего господина?
– Конечно.
– Тогда не о чем беспокоиться. Оставим сплетни тем, кто останется в живых.
– Нет, я предпочту погибнуть незаметно от князя. Простит меня князь или нет, это не имеет значения. Послушай, Токитиро!
– Да?
– Разрешишь мне тайком присоединиться к твоему отряду?
– Пожалуйста, но у меня всего тридцать пеших воинов, так что в твоих роскошных доспехах в нем не спрятаться.
– А так?
Инутиё прикрыл блестящий шлем чем-то вроде конской попоны и отправился в отряд Токитиро. Встав на цыпочки, он мог разглядеть самого Нобунагу. Голос князя, подхваченный ветром, был слышен каждому воину.
Одинокий всадник, подобно низко летящей птице, мчался по направлению к Нобунаге с той стороны, откуда никто не должен был появиться. Нобунага, первым увидев его, молча ждал. Всадник подъехал к князю.
– Какие новости?
– Основная часть армии Имагавы, войска под командованием Ёсимото и его помощников только что изменили маршрут и следуют на Окэхадзаму!
– Что? – Глаза Нобунаги заблестели. – Выходит, Ёсимото не заходил в Одаку?
Не успел князь пояснить свою мысль, как послышался крик:
– Смотрите! Еще один!
Прискакал второй всадник, потом еще два – возвращались лазутчики Нобунаги.
– Основные силы Имагавы направились на Окэхадзаму, но, не дойдя до нее, рассредоточились около Дэнгакухадзамы, к югу от Окэхадзамы. Они разбили лагерь. Шатер князя Ёсимото поставили в центре лагеря.
Нобунага молчал, взор его был острым, как лезвие меча. Смерть! Он думал только о смерти, страстно, самозабвенно и отчаянно. Он жаждал умереть, но умереть достойно, как подобает воину. С рассвета до полудня он бешено мчался навстречу смерти. Внезапно, как солнечный луч, пробившийся сквозь толщу облаков, в его мозгу вспыхнула мысль о том, что не все еще потеряно. У него появилась надежда на победу.
Если, конечно, судьба будет благосклонной к нему.
До этого мгновения Нобунага не верил в возможность победы, в то единственное, за что должен сражаться истинный воин.
Мысль человека подобна пузырькам на воде, а жизнь его – краткий миг. Мысли и поступки человека до последнего вздоха зависят от случая, сама по себе мысль способна уничтожить человека.
В повседневной жизни у человека есть время для размышлений, но миг, предопределяющий судьбу, внезапен и краток. Куда свернуть в минуту опасности – направо или налево? Нобунага стоял сейчас на роковом распутье и бессознательно сделал правильный шаг.
Характер, подготовка Нобунаги, конечно, сыграли роль в критический момент и удержали его от ошибочных действий. Он крепко сжал губы, хотя горел от нетерпения высказать нечто важное.
К нему неожиданно обратился один из вассалов:
– Мой господин, сейчас самое время! Ёсимото, взяв Васидзу и Марунэ, считает, что выявил нашу слабость, и празднует победу. Он упивается торжеством и его боевой дух низок, как никогда. Настало наше время! Если мы внезапно атакуем его лагерь, победа будет за нами.
– Согласен! Мне нужна голова Ёсимото. Вперед на восток, к Дэнгакухадзаме! – произнес Нобунага.
Командиры, не уверенные в успехе стихийного наступления, пытались отговорить князя от поспешности, но он не захотел их слушать.
– Перестраховщики! Не ворчите, следуйте за мной! Попаду я в огонь, и вы окажетесь в нем. Попаду я в воду, и вам придется последовать за мной. Не нравится – наблюдайте со стороны.
Презрительно усмехнувшись, Нобунага решительно хлестнул коня и помчался впереди войска.
Полдень. В настороженно замерших горах не слышно даже птичьего посвиста. Ветер утих, и палящее солнце словно испепелило все живое. Листья прижались к ветвям или скрутились, как сухой табак.
– Эй!
Несколько воинов во главе с командиром побежали по травянистому склону.
– Осторожней развешивайте!
Одни расчищали землю граблями, другие цепляли за ветви деревьев широкие полотнища. Они огораживали большое пространство, в котором намеревался разместить свою ставку Ёсимото.
– Ну и жара!
